Скорее всего, это помещение было киоском. Да, точно, это был киоск! Он нагнулся и выглянул в окошко, через которое рассчитываются за покупки. Вокруг было темно, но на бульваре, ведущем в сторону набережной (а что это набережная, было понятно по мерцающему блеску волн), горели фонари, играла музыка и прогуливались отдыхающие. Они проходили мимо киоска, не обращая на него никакого внимания.
Для Ивана это был другой мир, он с интересом разглядывал людей, каменную мостовую и мерцающие вдали огоньки дискотек. Но все это было второстепенно; он озирался, ища взглядом то, что интересовало его больше всего, и наконец увидел...
Тот самый девичий силуэт, который Иван снова видел лишь со спины. Тем не менее он сразу узнал его: по очертаниям, по волосам, по походке. Ему очень хотелось увидеть лицо девушки. Для него это было важно, но ему постоянно кто-нибудь мешал и все время загораживал девушку: прохожих на бульваре было предостаточно.
Вдруг она наконец остановилась, замерла и стала медленно оборачиваться. Иван затаил дыхание. Он ждал, когда она повернется: вот... вот... еще немного... И в этот момент девушку в очередной раз заслонили. На бульварную аллею не спеша вышла компания молодых людей. Они смеялись, жестикулировали и громко разговаривали, а когда прошли дальше, девушки на прежнем месте уже не оказалось.
Иван хотел выбраться прямо в окно, чтобы догнать ее, но все вокруг снова задрожало, поплыло — и исчезло...
— Смотри, что я тебе привез!
Валентин выложил на стол зубную щетку, одноразовые станки, упаковку носков, пару футболок и стопку простых семейных трусов.
Иван наблюдал за горой обновок и радовался. Помывшись и побрившись, он чувствовал себя чистым и свежим, словно заново рожденным! А тут ко всему прочему у него появились еще и новые вещи. Здорово! Ничто так не пахнет, как обновки...
— Спасибо, ты настоящий друг!
— Подожди, это еще не все. — Валентин вынул из пакета стопку альбомов для рисования. — На вот, получай! Я все рассчитал: буду давать тебе по два альбома в месяц, тогда их надолго хватит. Так что учти это! Не больше двух в месяц!
Иван расцвел от удовольствия, ловким движением скинул ноги с кровати и распахнул объятия.
— Папа-кенгуру, за альбомы отдельное спасибо — настоящий подарок! Дай я тебя обниму!
— Отставить! Обойдемся без соплей, ядрен патрон, — смущенно улыбнулся Валентин.
Было видно, что он растроган.
— Ничего ты не понимаешь! — радостно воскликнул Иван. — У меня же снова интерес к жизни появился! Хочется рисовать, хочется узнать, кем приходится мне эта девушка, — он показал новый рисунок в альбоме, — хочется скорее встать на ноги и поехать искать ее. Мне кажется, что я с ней как-то связан.
— Ну и отлично. Просто замечательно, что у тебя появилось такое желание. Значит, все будет хорошо. Завтра опять пойдем заниматься!
Сочи
Дина вернулась в номер после очередной прогулки. Сегодня они с Илоной Давыдовной ходили в спорт-бар пить кислородный коктейль, а когда после этого проходили мимо газетного киоска на бульваре, Дина почувствовала себя неуютно. Она даже остановилась, чтобы осмотреться, но ничего необычного не обнаружила. Мимо прошел Толик с компанией, но ему явно было не до нее: скорее всего, он их даже не заметил.
И тут можно было бы успокоиться, но странное напряжение только нарастало. Такое иногда бывает, когда пытаешься вспомнить что-то, хорошо тебе известное, — название фильма или имя популярного артиста, но никак не получается. И это не дает покоя.
В таких случаях лучше всего отпустить ситуацию, и через некоторое время забытое вспоминается, но сейчас была другая ситуация: Дина попросту не знала, что нужно вспомнить. Но что-то явно не давало ей покоя, и она никак не могла в этом разобраться.
Следующим вечером они с Илоной Давыдовной снова прогуливались по набережной и, когда на обратной дороге приблизились к киоску, у Дины опять появилось это ощущение напряженности. Она будто ждала чего-то, но прямо у киоска с ними приключилось неприятное событие: навстречу вышли два пьяных молодых отморозка. Парни свои поступки практически не контролировали и вели себя вызывающе: шумели, матерились и отвратительно гоготали.
Прохожие сторонились их и старались побыстрее пройти мимо, резонно полагая, что связываться с пьяными себе дороже. Те же, наоборот, жаждали приключений и были не прочь к кому-нибудь пристать.
Когда они поравнялись с двумя женщинами, то один из них, демонстративно широко открыв рот, раскатисто рыгнул в сторону Дины, постаравшись сделать это как можно громче и безобразнее. Он явно был доволен собой и своей выходкой, а его друг, оценив отменные способности товарища, громко загоготал.