— Да ну, тоже скажете! А че мне потом с ним делать-то? Картошку у речки печь? Я хочу, чтобы он меня на отдых за границу возил. В Анталию там, или на Кипр.
— А я думаю, Танька права! — сказал белобрысый, доставая из углей картошку. — Я вот тоже, скорей всего, в Москву уеду! Хочу в институт там поступить и научиться в компьютерах разбираться. За ними будущее!
— Молодец! Правильно мыслишь.
Когда Дина шла домой, она думала о девочке Тане и о белобрысом пацане. Думала и сравнивала. Таня ничего не делала и мечтала, что все ее проблемы решит кто-то другой: принц на белом коне, волшебник в голубом вертолете, а белобрысый собирался всего добиться сам, чтобы решать свои проблемы самостоятельно. В детстве, к сожалению, Дина думала так же, как девочка Таня. Сейчас — нет.
Она никому не говорила, но сожалела, что в свое время не окончила институт. Вот бы Филипп ею гордился! Но в юности она об этом даже не задумывалась. Зачем, когда у нее есть красивые ножки и смазливое личико? Если таким богатством умело распорядиться, то в жизни можно очень даже неплохо устроиться! Главное, не промахнуться... Но оказалось, что промахнуться очень даже легко.
Дина подошла к дому. Свет в окнах до сих пор не горел — значит, родителей еще не было. Скорее всего, они вернутся с празднования далеко за полночь. Дина нарочно выставила чемодан в коридор, чтобы родители сразу увидели, что у них в гостях дочь, и легла спать.
После прогулки у реки спалось хорошо. Ей снилось, будто она гуляет по цветущему лугу. Трава приятно щекочет ноги, ветерок развевает легонький сарафанчик. Дина маленькая. Она смеется и бежит с горочки вниз. Бежать ей легко, ноги переставляются сами собой, а вот остановиться, пока не добежишь до самого конца, трудно. Но вдруг что-то начинает ее беспокоить, и, несмотря на то что сделать это непросто, Дина останавливается и оглядывается. На пригорке кто-то стоит. Опускающееся за горизонт солнце мешает рассмотреть лицо человека. Она прикрывает глаза ладошкой и внимательно всматривается. Оказывается, наверху стоят сразу несколько человек: Илона Давыдовна, капитан дальнего плавания Святозар Владленович и, кажется, Филипп. Точно, Филипп!
Дина вовсе уже не маленькая девочка, а взрослая девушка. Рядом с ней почему-то оказываются Инга и Марго, смотрят на нее и ободряюще улыбаются.
— Ну?! — говорят они и, подталкивая, показывают ей на горку.
Дина бежит. Коленки задираются, шаги длиннющие, скорость как у газели. Трава становится все выше и выше, а бежать все труднее. Дыхание сбивается, и Дина останавливается, чтобы отдышаться. Нагибается, упирается руками в колени и, как только восстанавливает дыхание, поднимает взгляд вверх. Странно, но на пригорке больше никого нет. Она снова бежит и когда достигает вершины, то понимает, что все куда-то исчезли. Дина оборачивается к Инге с Марго, а те лишь разводят руками — что ж ты так медленно бежала, надо было быстрее!
На душе становится тоскливо. Ну почему она такая растяпа, понятно же, что бежать надо было быстрее! Кто в такие минуты останавливается передохнуть? Ей кажется, что Инга с Марго смотрят на нее с осуждением. Дина садится на траву и плачет, но вдруг кто-то гладит ее по щеке...
Дина открыла глаза и тут же вернулась в реальность: она дома у родителей. Но где мама? Разве не она гладила ее?
А-а, это Муська — их старая кошка, которая и раньше любила спать у Дины в изголовье. Спать и мурлыкать...
Что означает этот сон? Такой реальный, такой правдоподобный. И опять Филиппа нет рядом. Когда же он наконец найдется? И найдется ли вообще?..
Не дав разыграться буре отчаяния, Дина встала с кровати, вышла из спальни и остановилась у закрытой двери на кухню. Оказывается, ее приезд для родителей так и остался незамеченным: чемодан стоял в коридоре нетронутым. Дина с каким-то тоскливым предвкушением дотронулась до ручки кухонной двери и распахнула ее.
Отец сидел за столом с полной рюмкой в руках и собирался похмеляться, а мать расставляла перед ним соленья. Неожиданное появление Дины вызвало у них совсем не те эмоции, на которые она рассчитывала.
— Во-о, поглядите, королева заявилась! — увидев ее, произнесла мать и тут же осеклась: — Беременная! Нате вам здрасьте!
Дина, услышав эти слова, не стала проходить дальше и остановилась в дверях.
«На что я рассчитывала? — пронеслось у нее в голове. — Они уже никогда не изменятся». И все равно слова матери резанули по сердцу.
— Не переживай, мам. Я всего на одну ночь приезжала — сообщить, что жду ребенка. Через час у меня рейс в Москву, и я улетаю. До свидания! Провожать не надо.
Она развернулась и пошла за чемоданом. Сердце разрывалось, но больше здесь делать было нечего.