Трава еще не зазеленела, но земля основательно подсохла, и идти оказалось легко. По ходу движения Иван периодически делал зарубки, чтобы на обратном пути не сбиться с дороги.
Первый день прошел без особых трудностей: тропа лежала через тайгу, и продвигаться по ней было удобно. Иван сознательно избегал горных участков, выбирая лощины, где почти не встречались камни. Благодаря этому в первый день он преодолел приличное расстояние, а на ночлег остановился на горном склоне. Место выбрал возле огромного валуна под деревом — какое-никакое укрытие. Вся округа была усыпана галькой, поэтому подкрасться незаметно к такому лагерю никто не смог бы.
Наутро Иван развел костер и с наслаждением выпил горячего чая: ночи пока оставались прохладными, и сначала требовалось согреться. Зато днем солнце по-настоящему радовало: светило и грело, делая путь куда приятнее. Дорога вела на восток вдоль реки, которая, по словам Валентина, впадала в другую, более крупную. Эти ориентиры помогали держаться маршрута.
Но больше всего Ивана тревожили свежие следы медвежьего помета, встреченные днем. В какой-то момент даже показалось, что сбоку хрустнула ветка. На всякий случай он снял карабин и шел с ним наготове, пока не убедился в отсутствии преследования, и к выбору места для ночлега подошел особенно тщательно, решив найти такое же безопасное убежище, как накануне.
Но на третий день темп заметно снизился. Лощина сузилась, горы сблизились, и местность сплошь покрылась камнями, среди которых петлял небольшой ручей. Иван не сомневался, что этот ручеек выведет его куда нужно, и к вечеру действительно достиг цели. На месте впадения ручья в реку он сложил пирамидку из камней — ориентир для обратного пути. Простая подстраховка, хотя при его зрительной памяти дополнительные метки не требовались.
Закончив с пирамидкой, Иван внимательно осмотрел склон. Где-то здесь его нашел Валентин... Но память молчала.
Переночевав, он двинулся вниз по течению. Каменистый берег, усыпанный стволами и сучьями, выброшенными половодьем, затруднял путь. Однако все предположения вскоре подтвердились: к обеду на противоположном берегу показались деревянные постройки. Прячась за прибрежными деревьями, Иван приблизился и начал наблюдать. Скорее всего, это была турбаза с небольшими щитовыми домиками для летнего размещения туристов. Один дом выделялся размерами — вероятно хозяйский. Несколько машин на стоянке свидетельствовали о том, что там точно обитают люди. Сердце защемило. Как давно он не видел людей! Валентин и дедушка Тайбулы не в счет — они свои. Но эти, незнакомые... Иван даже не понимал: бояться их или радоваться?
Он отошел подальше от берега, завернул карабин в тент и спрятал за камнями. Теперь предстояло перебраться через реку. Иван заметил металлический трос, натянутый между берегами, и подошел к нему. На том берегу виднелась лодка, здесь же к дереву были привязаны кусок трубы и автомобильный диск. Постучал — никто не откликнулся. Постучал громче — снова тишина. Иван занервничал: вдруг база пуста?
Но вот дверь большого дома приоткрылась, и показалась мужская голова. Взгляд скользнул к реке, заметил Ивана — и голова исчезла. Через мгновение из дома вышел невысокий человек и направился к берегу. Ловко управляясь одним веслом, он быстро переправил лодку. Конструкция оказалась простой: цепь с кольцом скользила по тросу, позволяя течению делать свою работу.
— Садись, паря! — крикнул лодочник, не выходя на берег.
Иван прыгнул в лодку, мужчина развернул ее, и они поплыли обратно.
Причалив к берегу, Иван помог вытащить лодку на песок и поблагодарил:
— Спасибо, выручили! Сколько с меня?
***
Максим рассматривал снимок и не мог понять, Филипп это или нет. Парень, определенно похожий на его друга, был сфотографирован в профиль, и ответа на вопрос это не давало. Наконец перезвонил Артем, которому он отправил фото пять минут назад.
— Ну, что думаешь? — спросил Максим.
Артем, похоже, тоже был в замешательстве и ответил не сразу.
— Не знаю! Вроде похож, и в то же время нет; какой-то мужик, а не Филипп! Ты только на рюкзак посмотри — это тебе не сумка с фотоаппаратом! Согласен?
— Но внешне-то похож! Волосы, нос, подбородок.
Артем молчал, и Максим продолжил:
— Правда, выражение лица другое. Ты верно подметил: «мужик»! Знаешь, такой, уверенный в себе! Жалко, что глаз не видно, было бы проще.
— Я вот что думаю: надо мне туда съездить, — сказал Артем.