— Я и без вас места себе не нахожу, что Валентин тогда без меня ушел.
— Не вини себя. Валентин человек бывалый, и это было его решение. Не твое. — Павел похлопал Ивана по плечу и повернулся к Юрию. — Может, нам стоит на всякий случай оружие достать? Вдруг здесь объявятся те, кто убил Валентина?
— Не объявятся, — твердо сказал Иван.
Мужики перевели на него взгляды.
— Их уже нет! — сообщил он после небольшой паузы и рассказал окончание истории о контрабандистах.
Павел налил Ивану в кружку:
— Вань, а ты, оказывается, мужик-то серьезный. Отомстил, стало быть? — Он поднялся, а следом за ним встали остальные. — Давайте выпьем за наше военное братство и за Валентина Штурмина!
Когда все выпили, Павел поставил пустую кружку на стол и произнес:
— Юра, давай.
Юрий полез во внутренний карман куртки и вытащил оттуда целлофановый сверток.
— На, Малыш, держи! Это тебе.
Иван развернул сверток — в нем был паспорт. Он раскрыл его и, увидев свою фотографию, прочитал:
— Найденов Иван Валентинович. — Он обвел всех взглядом и недоверчиво спросил: — Настоящий?
— А то! Конечно настоящий! — безапелляционно заявил Павел и указал пальцем на товарища: — Вон Илюху благодари! Это он постарался.
Иван пожал руку сначала Илье, а потом и всем остальным.
— Спасибо, мужики, спасибо. Илья Борисович!
Илья снисходительно улыбнулся: ему нравилось, когда его имя упоминали в восторженном тоне.
— Теперь ты полноправный гражданин общества! Можешь ехать куда захочешь: человек с таким именем действительно существует, живет себе тихо-спокойно, из деревни своей никуда не выезжает, не женат, нигде не работает, занимается только тем, что безбожно пьет, — вот на него и выписали дубликат. Ты его потом... — Илья взял в руки зажигалку и показал, что следует сделать с документом. — Уничтожь, в общем!
Юрий на этом не остановился и достал из кармана еще два свертка. В одном оказалась пухлая пачка денег.
— Если тратить экономно, то довольно долго можно заниматься поисками, не задумываясь о том, на что жить, — снова вставил Илья.
— Спасибо, — Иван завернул деньги обратно и вернул пакет, — Валентин об этом позаботился.
Во втором свертке оказался смартфон.
— Телефон зарегистрирован на твой новый паспорт. В контактах вбиты наши номера. Если что, звони! — по-военному коротко изложил Юрий и ободряюще улыбнулся.
Ночью Иван никак не мог уснуть: его переполняли эмоции. Теперь у него не оставалось сомнений — он уезжает!
«Валентин, дорогой, спасибо тебе огромное, — благодарил друга Иван, лежа на кровати. — За паспорт, за деньги, без которых далеко не уедешь. За то, что уберег от бандитов».
Рыбаки обещали довезти его аж до Самары. Там их пути разойдутся: оттуда они отправятся к себе в часть, а он сможет купить билет на поезд до Москвы.
Последняя неделя для Ивана тянулась как никогда долго. Рыбаки занимались тем, зачем сюда и приехали: ловили рыбу, парились в бане, делали шашлыки, выпивали — одним словом, отдыхали. Иван же готовился к отъезду: спрятал в погребе хорошо смазанные карабин и ружье, обновил надписи на могилах, в доме вымыл и расставил по местам посуду и вещи — мало ли кому придется здесь ночевать... Да и вообще неизвестно, как дальше все сложится, вдруг еще самому придется сюда вернуться — другого жилья у него не было. Правда, эту мысль он старательно отгонял. Ему не хотелось снова жить в одиночестве. Будет лучше, если дом и все, что в нем находится, послужит кому-нибудь в трудную минуту.
Последний вечер Иван провел у могил друзей. День уже заметно укоротился, и темнело раньше. Рыбаки сидели у костра, выпивали и о чем-то беседовали. На небе мерцали звезды, светила луна, отражаясь блестящей дорожкой в озере. Иван поднял взгляд: месяц был молодым — значит, все будет хорошо, и впереди его ждет новая жизнь.
Он смотрел на деревянный крест и надгробный камень, прощаясь с добрыми друзьями, которых, возможно, больше никогда не навестит.
— Малыш, ядрен патрон! Ну чего ты приуныл? — неожиданно раздался голос Валентина. — Не надоело здесь одному торчать? Радоваться должен, что к людям едешь! Правильно, дедушка?
Шаман, как оказалось, уже сидел рядом на скамейке и привычно качнул трубкой.
— Вот видишь, и дедушка Тайбулы со мной согласен. Чего грустить-то?
Иван улыбнулся.
— Сейчас о будущем надо думать, а ты уселся тут на пеньке и тоску наводишь.
— Я о будущем думаю, серьезно. Переживаю, что никого не найду.
Валентин повернулся к старику.
— Дедушка Тайбулы, смотри — он еще искать не начал, а уже боится, что не найдет. Вот те на!