— Остатки груза распределены на три конвоя, — сказал Гочкис. — В последнюю ходку мы встретим тебя за рекой. Разгрузимся. И дальше поедем на поезде.
— К-куда д-дальше?
— К морю. Тебе там понравится. Должен же ты отдохнуть после стольких испытаний.
— Я и без моря неплохо отдыхаю, — сказал он, а сам вспомнил, как весело было во Флориде. — Нечего мне на море делать. Сдам конвой, вернусь в Эль-Пасо и залягу на дно.
— Не хочу тебя расстраивать, но Полковник решил, что мы все поедем к морю, — Гочкис похлопал его по плечу. — Ты там окрепнешь. Тебе будет полезен морской воздух. Пойдем, я познакомлю тебя с ребятами.
Гочкис привел с собой шестерых угрюмых ковбоев. Мэтью не нуждался в долгих беседах, чтобы составить мнение о человеке. И глянув на новобранцев, он чуть не взвыл от досады. Ни один из них в подметки не годился даже самому последнему олуху из прежней команды.
Наверно, они неплохо управлялись с телятами. Может быть, уверенно держались в седле. Вполне возможно, они даже могли разыскать по следам отбившуюся от стада корову. Но Мэтью не собирался вместе с ними пасти скот. Ему были нужны люди для иной работы.
От Аризоны до Монтаны, от Вайоминга до Техаса — повсюду, где царили «мясные бароны», рядом с ковбоями-пастухами всегда были ковбои-стрелки. И еще неизвестно, какие ковбои приносили своему хозяину больше дохода.
Своя армия была нужна не только для защиты от индейцев. «Бароны» не могли бы подмять под себя мелких скотоводов и занять их пастбища, если б не пользовались услугами метких стрелков, умеющих устраивать засады и бесследно исчезать. Когда же с шушерой было покончено, начались войны между самими «баронами». Их армии выросли, и в стычках участвовали десятки бойцов. Только вмешательство федеральных войск помогло остановить многолетнее кровопролитие в Нью-Мексико и в Вайоминге. В других штатах политиканы не успели вмешаться. А может, и не пожелали.
В стрелках Зеба Мэнсфилда когда-то числилась чуть ли не сотня бывших заключенных. Сам Мэтью Стиллер получил досрочное освобождение с условием, что будет работать на Мэнсфилда. Поначалу он рассчитывал, что не задержится на ранчо и смоется при первой же возможности. Однако он очень скоро понял, что здесь не так плохо.
Ему не приходилось крутить хвосты коровам или часами стоять у плиты, готовя жратву для оравы пастухов. Его команде поручалась иная работа. Сначала они встречали на границе стадо, угнанное в Мексике, и прикрывали ребят, отсекая погоню. Стрелять в разъяренных мексиканских жандармов было весело и приятно, да за такое развлечение еще и платили неплохо.
Потом Стиллер и сам отправлялся за реку, но уже с грузом — водил караваны с контрабандой туда и обратно. И те же жандармы стали его лучшими дружками.
Он доказал, что способен на большее, и ему доверили дело, о котором даже по пьяни он бы не похвастался. У Мэнсфилда были связи на железных дорогах, и он использовал их не только для того, чтобы добиться скидок на тарифы. Когда команда Стиллера устраивала налеты на почтовые поезда, Мэтью точно знал, в каком вагоне и в каком сейфе лежит самая крупная сумма, и не тратил время на мелочевку. За несколько лет на магистралях он не обчистил карманы ни одного пассажира. Нет, только сейфы, только золото и ценные бумаги, и только начиная с десяти тысяч. И никаких следов. Никаких свидетелей. Сопровождающие уничтожались. Охраны никогда не было. То есть, она была, но только в соседних вагонах, и ее попытки вмешаться в ограбление были запоздалыми и тщетными. Охранники проявляли свое геройство во время погонь, которые тоже не давали результатов. И неудивительно. Ведь охранная компания принадлежала тем же ребятам, что давали наводку Стиллеру. А еще в этих делах был замешан кто-то покруче самого Мэнсфилда. Потому что ни об одном из ограблений никогда не сообщалось в газетах. Ну, разве что в самых мелких, в уголовной хронике, среди заметок о драках и угонах скота.
Да, это была совсем не та работа, к какой, наверно, привыкли олухи, которых привел с собой Гочкис. Их грубые крестьянские руки справлялись с бычками, но не справятся с револьвером. Чтобы стрелять быстро и метко, руки должны быть гибкими и чуткими, как у музыканта.
Мэтью Стиллер оглядел их одежду и приказал:
— Шпоры снять. Мы не на скачках.
Все шестеро насупились и переглянулись. Шпоры у них были знатные, тяжелые, с шипами и звездочками, у двоих — с колокольчиками.
— Вам сказали, чем вы будете заниматься? — спросил Мэтью.
— Ну, вроде как перегнать мулов за реку…
— Верно, — усмехнулся Стиллер. — Точнее не скажешь. Перегнать мулов за реку. Шпоры снять, я сказал. Дальше. Покажите ваши пушки.