Злость и бессилие переполняли меня. Я не мог взять её силой — не мог и не хотел так. Но что-то мне всё-таки должно было достаться сегодня.
Ведомый яростью и отчаянием, я впился в её нежные губы страстным поцелуем. Снова и снова пробуя её вкус губами, я думал: «Сладкая, как и предполагал. Вкусная и не моя». Когда её губы приоткрылись, я вторгся языком, исследуя и пробуя, вбирая всё больше и больше то, что ещё недавно принадлежало мне. И вот в нашем маленьком мире нас уже было трое: я, она и кто-то лишний, невидимый, которому принадлежала моя дикая кошка.
Резко оторвавшись от неё, я разжал руки и, пыхтя от злобы, покинул помещение, оставляя «мою» девочку в полном одиночестве. Её образ продолжал преследовать меня, словно призрак прошлого, которое уже никогда не вернуть.
От лица Миланы…
Мой мучитель исчез, как ураган в самую ненастную погоду, оставляя после себя разрушения, страх и боль. Не в силах сдерживать поток бушующих эмоций, я сползла по стене на пол и закрыла лицо ладонями, не в силах больше удерживать рвущиеся наружу слёзы.
Они, как бурный водопад, стекали по щекам, унося с собой груз пережитой ситуации. Мучительное мускусное облако всё ещё витало в воздухе помещения, напоминая о его присутствии. На ноге и ягодице всё ещё горела кожа от его прикосновений — словно раскалённое железо прожигало до самых костей, ударяя по внутренним органам.
А губы… губы всё ещё горели от того страстного поцелуя, который снова и снова всплывал в голове, как манящий, но недостижимый мираж. Я видела его так ясно и осязаемо, словно могла протянуть руку и коснуться, но спустя секунду образ размывался, будто через мутное стекло, превращаясь в призрачное воспоминание о том, что, возможно, никогда не было реальностью.
Его запах всё ещё витал в воздухе, смешиваясь с моими слезами, создавая странный, почти болезненный аромат. Каждая клеточка тела помнила его прикосновения, и эта память жгла сильнее, чем любые слова могли бы утешить.
Это были первые прикосновения мужчины на моей коже — прикосновение, которое опалило меня, словно пламя самой жаркой печи. Мой первый поцелуй… первый поцелуй с неизвестным мужчиной, горячим как самый высокий пожар, тёмным, хищным. Его губы были как раскалённый металл, оставляющий неизгладимый след на моей душе.
Никогда в жизни мне не приходилось испытывать то, что я испытала несколько минут назад. Я не имела ни малейшего представления, что можно ощутить столько эмоций одновременно — они обрушились на меня, как цунами, поглощая рассудок и волю. Моё тело билось словно в конвульсиях, переживая невероятное сочетание восторга и ужаса, наслаждения и страха.
Неужели все мужчины такие же, как он? Неужели они все настолько безудержны, настолько возбуждены, настолько горячи? Его страсть была подобна дикой стихии, поглощающей всё на своём пути, а его прикосновения — как удары молнии, пронзающие до самого сердца. В этот момент я познала, что значит быть полностью поглощённой мужчиной, и это ощущение навсегда изменило меня.
Теперь я знала, что такое настоящая страсть — первобытная, необузданная, сметающая все преграды на своём пути. И хотя этот опыт был одновременно и пугающим, и восхитительным, я понимала, что никогда не забуду его. Он оставил свой след в моей душе, как клеймо на коже, и этот след будет напоминать о себе ещё долго после того, как утихнет боль и пройдёт страх.
— Девушка, девушка, с вами всё в порядке? — внезапно послышался голос, возвращая меня в реальность. Передо мной стояла одна из сотрудниц гостиницы, её глаза встревоженно смотрели на меня. Возможно, она услышала мои всхлипы, а может, мой вид был настолько ужасен, что не мог остаться незамеченным.
— Вам плохо? Может, скорую вызвать? — обеспокоенно спросила она.
— Нет, нет, всё уже в порядке, — медленно поднимаясь, ответила я дрожащим голосом.
— У вас кровь на щеке, — указывая пальцем на моё лицо, сказала девушка.
Действительно, на щеке виднелась бордовая кровь, но она была не моя! Такие же следы украшали горло кофты, которую уже было не спасти. Мои волосы были взъерошены, лицо мокрым от слёз. Припухшие глаза, покрасневший нос и распухшие губы, обожжённые страстным поцелуем хищника, делали меня похожей на человека после жестокой драки.
Собрав свои пожитки дрожащими руками, я направилась к выходу из гостиницы. Каждый шаг давался с трудом, словно ноги были свинцовыми. Хотелось поскорее убраться отсюда, подальше от этого места, где всего несколько минут назад моя жизнь перевернулась с ног на голову. Домой, в безопасное место, где я могла бы собрать воедино свои разбитые мысли и чувства, и лучше как можно быстрее.