В тот же момент всякий страх покинул ее, и только гнев затопил все сердце. Она услышала собственный боевой клич и заметила выражение испуга и удивления на лице врага, когда ее кинжал пронзил ему горло. Лепида билась в страхе, зажатая крупом коня другого всадника. Элеонора попыталась отвести Лепиду, когда вытащила лезвие из трупа врага, но кровь внезапно хлынула, как алый поток. Элеонора рванула поводья назад. Лепида поднялась на дыбы и отскочила с такой силой, что ударила другую лошадь в грудь. Та резко отпрянула в сторону вместе со своим мертвым седоком.
Элеонора вела Лепиду по кругу, управляя ею одной рукой. Некоторые из ее людей были выбиты из седла и дрались с разбойниками врукопашную. На поле стояла не одна свободная лошадь. Эдуард развернул отару, как ему приказали, а теперь ринулся в бой, щедро нанося удары своей дубинкой на спины противников. Мальчика-пастушонка Элеонора не видела. Она направила обезумевшую от вида крови Лепиду на двух мужчин, которые сошлись в схватке — она видела, что ее человек терпит поражение. Когда вор заметил несущуюся на него лошадь, запачканную кровью, и ее яростную всадницу, он сам отпустил горло слуги Элеоноры и попытался убежать. Элеонора нанесла ему удар кинжалом в плечо. Мужчина откатился назад, зажимая рукой рану.
А затем Элеонора, даже не понимая, как и когда это случилось, оказалась на земле. Она отчаянно цеплялась за гриву своей Лепиды, но почувствовала, как грива выскальзывает из ее рук. Удар о землю в ее памяти сопровождался топотом бегущих ног и стуком копыт уносящихся лошадей. Следующие несколько мгновений прошли, как в кошмаре, потому что ее нещадно топтали свои и чужие, а овцы своими маленькими острыми копытцами больно ранили ее. Один из ударов пришелся ей по лбу, она почувствовала легкое головокружение: звуки голосов и блеяние овец закружились над ней, как в водовороте, и она потеряла сознание.
Затем Элеонора ощутила чьи-то сильные руки, которые подняли ее, кто-то гладил ее по лицу. Наконец чей-то голос настойчиво позвал ее, пробиваясь сквозь шум и звон в ее голове. Она открыла глаза и увидела Джо, который вглядывался в ее лицо.
— Ты все-таки попал сюда, — проговорила она еле слышно.
— Все позади. Они у нас в руках. Вам следовало взять меня с собой, — сказал он ей с упреком в голосе. — Любой другой мог привести людей из Микл Лита.
Элеонора отрицательно покачала головой и тут же почувствовала, как все поплыло перед глазами:
— Ты лучший. Никто не имеет такого авторитета.
— Что произошло с вами? У вас рана на лбу и… что это? Кровь на руке? Лепида тоже вся в крови.
— Это не моя, — ответила она на грани обморока. — Я убила одного из них. Со мной все в порядке. Как наши?
— Мелкие потери. Несколько проломленных черепов. Но Хью, один из пастухов, погиб. Разбойник ударил его ножом, и рана оказалась смертельной.
Элеонора прикрыла глаза и произнесла шепотом:
— Бедняга Хью, он был хорошим человеком. А Эдуард?
— О, с ним все в порядке, — заверил ее Джо. — Ни царапины. Он на седьмом небе от счастья, потому что справился с одним здоровенным разбойником. Изабелла тоже в порядке.
— Изабелла? — от неожиданности Элеонора даже приподнялась на локте. — Что ты хочешь этим сказать?
— А вы разве не знали? Нет, нет, не вставайте. Вам нужен отдых и покой.
— Я в полном порядке. Просто помоги мне подняться, говорю же тебе. Итак, еще раз, что за история об Изабелле?
Джо улыбнулся несколько мрачно.
— Она ни за что не пожелала остаться с другими детьми под присмотром женщин. Она ускользнула, когда Ани отвернулась на минуту, оседлала лошадь в мгновение ока и была такова. Изабелла поехала за вами. Когда я прибыл сюда, то увидел, что она ловко раздает разбойникам удары палкой от забора. У одного из них торчал нож в плече, так что я не поручусь, что это не ее рук дело.