— Так что же мы сидим! — воскликнула Элеонора, вскакивая с места.
Доктор попытался ее удержать.
— У меня нет этого лекарства. Эти деревья не растут в нашей стране. Эта жидкость в большой цене, потому что стоит огромного труда не только достать ее, но и привезти. Как мне говорили, ее доставляют из Китая. — Это был конец света, далекий, как чисиды. Элеонора опустилась на стул снова, в волнении сжимая руки. — Но его можно достать здесь. Обычно в очень богатых семьях оно имеется. Если они заказывали его заранее, то наверняка что-то осталось. Ваш покровитель — богатый человек… Знатная семья, большой дом… — Он скромно откашлялся, полагая, что сказал достаточно.
В глазах Элеоноры вспыхнула надежда.
— Напишите название лекарства, доктор, — сказала она. — Я немедленно сажусь за письмо. Оуэн, принеси перо и бумагу, а затем отправляйся и седлай лошадь своего господина. Письмо отвезешь именно ты. Ее светлость с детьми в родовом поместье, если я не ошибаюсь. Джо! Джо! Ах, вот и ты! Пусть снарядят двоих вооруженных всадников на хороших лошадях. Они будут сопровождать Оуэна. Я все объясню позже. Поторопись же. Доктор, я благодарю вас за помощь. Если это спасет моего мужа, если миледи будет так добра, что пришлет нам это лекарство, то я вознагражу вас в тысячу раз больше. Да благословит вас Бог, ибо вы мудрый человек.
Доктор поклонился.
— Я снова наведаюсь завтра, мадам. Не теряйте надежды. Может оказаться, что это болотная лихорадка. Да хранит вас Господь.
После суматохи, когда Оуэн и двое вооруженных всадников, снабженные письмом и золотом, наконец отправились выполнять свою срочную миссию, на дом опустилась тишина. Им ничего не оставалось делать — только ждать. Элеонора и Ани по очереди сидели с Робертом, так как он хотел, чтобы одна из них постоянно была рядом. Джо принял на себя обязанности по ведению дома. Изабеллу отослали к Хелен, а Гарри и Джон вместе с господином Дженни перебрались к мистеру Шоу. Капеллан Джеймс приходил в комнату к Роберту произносить утренние и вечерние молитвы, но хотя Элеонора приветствовала его посещения, увидев, что Роберта беспокоило его присутствие, постаралась сократить количество его посещений.
Утром четвертого дня, когда доктор приехал осмотреть Роберта, его пациент уже находился без сознания. Он лежал не шевелясь и не воспринимал окружающую действительность. Доктор Блекенбери казался очень подавленным тем, что увидел. Он склонился над ничего не видящим и не слышащим Робертом, а потом подозвал Элеонору. Его лицо выражало большую озабоченность.
— Посмотрите, — сказал он.
Взглянув, Элеонора начала задыхаться, а ее сердце, казалось, остановилось. Доктор отвернул ворот рубашки Роберта. На его белой груди проступили маленькие красные пятна.
— Боже милосердный, — прошептала Элеонора. — Это?..
— Боюсь, что так. Теперь это не вызывает сомнений. Забытье, сыпь. Я опасаюсь, что все подтвердилось.
Элеонора на мгновение лишилась дара речи. Она не могла устоять и ухватилась за натруженную руку Ани, как за спасительную соломинку.
— Что теперь будет? — простонала она.
— Если не начнутся осложнения, а жар спадет, то у нас по-прежнему есть надежда. Хотя болезнь ослабляет тех, кто выживает. Он может остаться прикованным к постели на очень долгий срок.
— А если нет?
— Мадам, я был бы плохим врачом, если поддерживал бы у вас тщетные надежды. Если разовьются осложнения, а иногда и без них, больной может умереть. Нам не остается ничего, как только молиться Богу, чтобы Он явил нам Свою милость.
— Но лекарство… То, за которым я послала слуг. Если его привезут?.. — прошептала Элеонора.
— Даже в этом случае. Это лекарство обладает жаропонижающим действием. Если жар спадет до того, как болезнь его окончательно ослабит, то у пациента появляется еще один шанс. Вот и все. От тифа нет лекарства.
Элеонора смотрела на доктора широко открытыми глазами. Она побелела от волнения, а затем вдруг упала в обморок. Ани в отчаянии опустилась на пол рядом со своей госпожой и немедленно позвала горничных.
— Она все это время находилась в таком напряжении, — сказал доктор Блекенбери. — Ей ведь нельзя волноваться, да еще накануне родов. Если вы сумеете удержать ее подальше от комнаты господина, будет лучше. Постарайтесь выхаживать пациента сами.
— Я постараюсь, — пообещала Ани, — но госпожа такая сильная и решительная. Это ее муж…
— Знаю, дитя мое, но все же постарайтесь сделать все, что в ваших силах.