— Черт его знает, — ответил Джонатан.
Упал третий из нападавших, и это было уже слишком для банды, столкнувшейся с бесшумным и успешным нападением невидимого врага. Решив, что, как они слышали, «заморских дьяволов» охраняют боги, более могущественные, чем китайские боги, бандиты бросились бежать.
Джонатан быстро опустился на одно колено и осмотрел бандита, упавшего первым. У него на лбу был страшный красный рубец, но никаких других видимых увечий не было.
Повернувшись к другому бандиту, лежавшему, как и остальные, без сознания, Джонатан увидел шишку на одном виске.
Загадка прояснилась, когда из тумана показался Оливер. В одной руке он держал изготовленную им пращу.
— Значит, это ты уложил их, — сказал Джонатан.
— Гримшоу хотел драться с негодяями ножами, — ответил улыбающийся Оливер. — Но так лучше. Плохим людям только бывает больно, а потом они скоро поправятся, чтобы бежать к своим друзьям.
— Ты спас наши часы и, может быть, даже наши жизни, — сказал Джонатан.
— Это лучше, чем нож или пистолет, — весело ответил Оливер. — Праща убивать, только когда Оливер хотеть убивать.
Из тумана появились остальные члены экипажа, и вся компания гурьбой отправилась на причал.
Вин Те ждал их на борту клипера, объяснив, что он не смог найти никого из местных чиновников из-за тумана.
Джонатан уяснил урок, полученный во время этого инцидента.
— С этого момента, — сказал он, — ясно, что мы сами должны быть начеку, независимо от того, где мы окажемся в этой части света.
«Летучий дракон» поднял якорь на рассвете и, соблюдая свой график, несмотря на шторм, пришел в Вампу на следующий день. Через час после того, как «Летучий дракон» причалил, Джонатан в сопровождении эскорта из фактории прибыл в дом Сун Чжао, чтобы доложить о результатах.
— Вы хорошо поработали, — сказал Чжао, — и я рад, что никто не пострадал, когда на вас напали бандиты. Откуда они узнали, где вас найти?
— Не имею понятия, господин Сун, — ответил Джонатан. — Полагаю, кто-то из банды заметил нас за ужином.
— Не исключено, что это было хорошо организованным и вовсе не случайным нападением, — сказал Чжао. — Не хочу тревожить вас, но во время вашего отсутствия была попытка уничтожить ткацкие станки, которые вы мне продали. После того как вы мне рассказали об угрозах Оуэна Брюса, я увеличил число охранников на моих факториях, так что товар не пострадал. Те, кто пытались поджечь факторию, были отогнаны.
— Вы читаете, что это дело рук Брюса, господин Сун?
Чжао пожал плечами.
— Мне бы не хотелось плохо думать о любом торговце, — медленно произнес он.
Этот вопрос вновь возник, хотя и вскользь, после того, как Лайцзе-лу присоединилась к ним за обедом.
— Мне не нравится этот Брюс, и я ему не доверяю, — сказала она серьезно, но не стала ничего объяснять.
Мисс Сара на обеде не присутствовала, сообщив, что головная боль, редкое для нее явление, вынудила ее остаться в постели.
Затем прибыл нарочный в имперской ливрее и доставил сообщение о том, что наместник желает немедленно увидеть Сун Чжао.
Джонатан остался наедине с Лайцзе-лу и понял, что он часто мечтал именно о такой ситуации.
Оба так смутились, что наступило молчание.
— Почему вы не доверяете Брюсу? — спросил он наконец.
— Знающий человек сказал мне, что он торгует опиумом, — ответила девушка, понимая, что не может сказать ему, что Кай был ее источником информации. Ни одному иностранцу, включая этого человека, который ей так нравился и которым она так восхищалась, не разрешалось сообщать о существовании тайного общества. Лишь китайские патриоты, всей душой преданные делу, могли знать о его существовании.
— Я презираю торговцев опиумом, — сказал Джонатан, — но одно то, что он занимается наркотиками, не означает, что он попытается сжечь склад, заполненный ценным товаром.
— Тот, кто нарушает один закон, без колебания нарушит и другие законы, — ответила девушка. — Вы слышали о Дэн-Яо?
Джонатан покачал головой, продолжая любоваться сменой выражений на ее лице.
— В наших легендах это бог, защищающий людей от несправедливости. Говорят, что ростом Дэн-Яо больше восьми футов, а когда он говорит, голос его подобен грому. Статуя Дэн-Яо стоит у бокового входа храма, который совсем недалеко отсюда. Вчера я вошла в храм и принесла в жертву Дэн-Яо трех лягушек. Лягушки спрыгнули вниз по мраморным ступеням лестницы и скрылись. Так что, возможно, бог превратил их в мужчин, которые помогут ему узнать Брюса и понять, виновен ли он. Если именно он попытался сжечь ткацкие станки, Дэн-Яо накажет его.