— Почту за честь доставить вас туда, — сказал Джонатан.
— Благодарю вас, но помните мои слова. Вы и Лайцзе-лу будете проводить много времени вместе, и опасность для вас обоих будет значительно большая.
Луиза рожала целый день и всю ночь, явно не стремясь, как выразился ее отец, принести в этот мир своего ребенка. Две акушерки неотлучно находились в доме Рейкхеллов, а доктор Грейвс все время был недалеко от спальни дочери, той самой комнаты, в которой четверть века назад родился Джонатан.
Наконец, обессилевшая молодая женщина родила, и ее мучения закончились.
— У тебя сын, — сказал ей доктор Грейвс, наливая немного настойки опия, чтобы успокоить ее нервы и дать ей возможность спокойно поспать. — Здоровый и прекрасный ребенок.
— Я знала, что у меня будет мальчик, — пробормотала Луиза. — Скажи папе Рейкхеллу, что мальчика будут звать Джулианом.
Наоми Грейвс и Джудит Уокер, морально поддерживавшие друг друга в гостиной, первыми узнали новость. На верфь Рейкхеллов был отправлен посыльный, и вскоре Джеримайя пришел домой.
Он обменялся поздравлениями с Мартином и Наоми Грейвс, подержал несколько минут своего новорожденного внука и вопросил доктора задержаться, в то время как Наоми отправилась через улицу к себе домой.
Они прошли в кабинет, где в камине горел огонь.
— Его преподобие Кроувел объявит о рождении ребенка с кафедры в воскресенье, — сказал Мартин Грейвс. — Он уже согласился поставить имя Рейкхелл в церковном журнале, и я уверен, что в следующем месяце он будет крестить мальчика как Джулиана Рейкхелла.
— Перед нами значительно более сложная проблема, дружище, — сказал Джеримайя. — Что ты предпочитаешь, ром или ликер? Я только что приобрел отличный ром двадцатилетней выдержки. Один из моих капитанов привез его с островов Вест-Индии. Предлагаю снять пробу.
— Конечно. — Доктор не задавал вопросов и терпеливо ждал, пока Джеримайя наливал напиток с пикантным ароматом.
— За нашего внука, — сказал Джеримайя, поднимая стакан. — И за то, чтобы все было хорошо, когда вернется Джонатан.
Мартин выпил, а затем спросил:
— А почему что-то должно быть не так?
— Я не хотел расстраивать или отвлекать тебя, пока ты был с Луизой, — ответил Джеримайя. — Но только вчера в порт пришла шхуна из Китая, и я получил первую партию писем от Джонатана. — Он открыл ящик стола и достал стопку бумаг.
— У него сложности в Китае, Джеримайя?
— Напротив, Мартин. Он подробно рассказывает, что ему сопутствует огромный успех. Он продал свой груз за отличную цену, а домой привезет чай, который он приобрел в обмен. Но это лишь начало. Он договорился с самым видным торговцем в Кантоне и останется на Востоке еще на шесть-двенадцать месяцев, плавая в разные порты по поручению этого китайца. Ему предложили первоклассные условия, и к тому времени, как он вернется домой, он несколько раз компенсирует деньги, затраченные на строительство клипера. Он рассчитывает вернуться домой с кругленькой суммой.
— Это хорошие новости. Он вполне сможет содержать жену и сына, даже не работая с тобой.
— Я доволен его деловой смекалкой, — сказал Джеримайя. — И горжусь его профессиональными достижениями. Кровь Рейкхеллов всегда видна. — Джеримайя нахмурился и уставился в огонь.
— А в чем тогда дело?
— В пакете было письмо, которое Джонатан написал Луизе. Воск, которым оно было скреплено, сломался, и конверт оказался открытым. Естественно, я не позволил бы себе прочитать письмо, адресованное кому-то другому, но на этот раз я поддался искушению. И я не жалею об этом.
Доктор Грейвс наклонился вперед и следил, как его друг берет письмо и разворачивает его.
— Джонатан коротко рассказывает Луизе о своих успехах и о том, что он повидал. Его поразил контраст между очень богатыми и очень бедными. Он посвящает несколько абзацев описанию «лодочных людей», как он их называет. Оказывается, целые семьи, а это тысячи людей, проводят всю свою жизнь на крошечных сампанах.
— Невероятно, — пробормотал Мартин.
Джеримайя взял очки, водрузил их на нос и откашлялся, прежде чем начать читать.
— «Я много размышлял о наших отношениях, Луиза.
Наша вынужденная разлука, тысячи километров, разделяющие нас, помогли мне по-иному взглянуть на будущее. Мы с тобой сделали то, что от нас ожидалось. Многие годы наши родители хотели поженить нас, и мы послушно согласились. Нам никогда не приходило в голову, что мы можем и не обрести счастья вместе».