Они прошли в гостиную, где его преподобие Кроувел поздравил Джонатана с его превосходным морским достижением.
Для самого Джонатана это достижение уже утратило важность, и он отвечал автоматически.
Двери гостиной закрылись, и началась церемония. Джонатан и Луиза не смотрели друг на друга.
Наступил момент, когда Джонатан должен был надеть золотое кольцо на палец Луизы, и руки у него онемели, а у нее были холодны как лед.
В конце церемонии их губы едва коснулись в символическом поцелуе, и жест этот был столь же пустым, как и душа Джонатана.
Его преподобие Кроувел, отказавшись остаться на обед, на прощание сказал им несколько слов.
— Я уверен, что вы пойдете по жизни вместе и что пережитое вами несчастье не ослабит, а, наоборот, укрепит узы, соединившие вас. Я знал и других, кто женился при подобных, гм, обстоятельствах, и именно поэтому их брак был прочнее.
Луиза устремила на него ничего не видящий взор и молчала.
Джонатан попытался поблагодарить священника, но слова застряли у него в горле.
Лишь Наоми выглядела довольной, явно испытывая чувство облегчения.
Однако доктор Грейвс чувствовал царящее напряжение и заявил, что они с женой отправляются домой и вернутся к семейному обеду.
Луиза еще сильнее ощутила желание скрыться.
— Пора кормить Джулиана, — сказала она. — Я — я всегда люблю присутствовать, когда он ест. — Она поспешно покинула комнату.
Никогда Джонатан не чувствовал себя таким несчастным, таким подавленным.
— Пойдемте в мой кабинет, мальчики, — сказал Джеримайя сыну и племяннику. — Выпьем по стаканчику сухого вина и обменяемся новостями.
Джонатан молчал, поэтому Чарльзу пришлось взять на себя инициативу и рассказать дяде о той огромной сумме, которую заработал «Летучий дракон» за тринадцать месяцев работы на Сун Чжао.
— Это замечательно, — сказал сияющий Джеримайя. — Теперь, надеюсь, вы оба готовы вернуться в отчий дом по-настоящему. — Он подробно рассказал о слиянии компаний Рейкхеллов и Бойнтонов.
Джонатан сидел, сжав кулаки, и заставлял себя слушать отца. Его жизнь рассыпалась, и он обрек Лайцзе-лу на страдания до конца ее дней. Но он, по крайней мере, мог работать. В этом было его единственное спасение.
— Джонни, — сказал его отец, — я даю тебе столько моих акций, чтобы сразу сделать тебя равным партнером. Ты тоже будешь партнером, Чарльз, но я думаю, что было бы более уместно, если бы твой отец объяснил тебе подробности этой договоренности.
— Разумеется, сэр, — пробормотал Чарльз, и даже несмотря на возбуждение, которое вызывали у него перемены в деле, он настороженно следил за своим кузеном.
— Как вы, наверно, догадываетесь, мы получили столько заказов на клиперы, что любая другая компания просто не справилась бы. Я построил для тебя четыре новых стапеля, чтобы ты сразу мог строить четыре корабля, если тебя это устраивает.
Джонатан выглядел мрачным.
— Только дай мне достаточно опытных плотников, и я буду выпускать каждый год по восемь клиперов. Я уже сделал наброски новой конструкции и буду готов начать работать, как только завтра утром откроется верфь. Если, конечно, ты предоставишь мне достаточно людей и у тебя есть достаточно выдержанной древесины под рукой.
— Конечно, — ответил его отец. — Я прочесал всю Новую Англию в поисках леса, предвидя твое возвращение. Но тебе нет необходимости так стремительно кидаться в работу. Отдохни с Луизой пару недель. Возьмите с собой Джулиана или оставьте его со мной, это уже как вы сами сочтете нужным.
— Я хочу приступить к работе как можно скорее, — сказал Джонатан режущим слух тоном.
Чарльз перевел разговор на другую тему, пока его дядя не догадался, в чем дело.
— Кто-нибудь еще строит клиперы?
— Здесь есть несколько компаний, которые достаточно продвинулись в своих планах, — сказал Джеримайя, — но мы будем первыми.
— Так и должно быть, — сказал Джонатан с мрачным удовлетворением.
— В ближайшие два года, по меньшей мере, — сказал Джеримайя, — я хочу получать минимум по два клипера для моего флота, а Алан хочет два клипера для своего флота.
— Вполне справедливо, папа, — сказал Джонатан, — но первый клипер предназначается Толстому Голландцу в Джакарте. — Я полагаю, — сказал он уныло, повернувшись к своему кузену, — что ты захочешь доставить клипер в голландскую Ост-Индию. — Он планировал совершить это путешествие сам, по пути к Лайцзе-лу, но теперь ему уже никогда не было суждено воссоединиться с ней.