Зная, что его сын и невестка спят отдельно, а их отношения, насколько он мог судить, были прохладными и вежливо безликими, он больше не пытался убедить Луизу поговорить с Джонатаном.
Вместо этого, когда отец и сын как-то утром шли на верфь, Джеримайя сказал:
— Зайди ко мне в контору на несколько минут.
Постараюсь не слишком нарушить твой рабочий график.
Джонатан, похоже, не понял иронии.
— Джонни, — сказал Джеримайя, устраиваясь за письменным столом, — я подумал: не пора ли нам нанять тебе помощника.
— Спасибо за заботу, папа, но я не смог бы переложить на помощника те обязанности, которые должен выполнять сам.
— Ты пытаешься делать слишком многое!
Джонатан пожал плечами и тускло улыбнулся:
— Мой отец всегда учил меня, что есть только один способ работать. Надо засучить рукава и браться за дело.
— Ну так твой отец тебе сейчас говорит, что ты взвалил на себя больше работы, чем можешь выполнить. Ты очень похудел, и иногда я слышу, как ты бродишь по дому среди ночи.
— А, это. — Здесь у Джонатана было готово разумное объяснение. — Я работаю над совсем новой конструкцией для нового поколения наших клиперов и думаю, что наконец решил все проблемы. Я планирую продлить нос еще на два фута и добавить еще лиселей, чтобы увеличить мощность и скорость. Сделав нос более резко задранным, чем раньше, я уменьшу контакт корпуса с водой, и это даст возможность сделать дно еще более плоским. По моим подсчетам, я создам дополнительное место в трюме для груза еще на одну-две тонны, не потеряв при этом ни одного узла скорости.
Это было замечательное достижение, и Джеримайя не мог не похвалить его.
— Поздравляю. Ты ушел далеко вперед от наших конкурентов. У нас сейчас столько заказов, что еще три года мы будем очень заняты.
— Новая конструкция, несомненно, вновь увеличит спрос, папа. Именно поэтому я думаю, что пора нам расширить наши мощности.
— Чтобы ты нагрузил на себя еще больше и раньше времени загнал в могилу? Я даже и думать не буду о расширении, пока ты не изменишь свой рабочий график так, чтобы мог насладиться и радостями жизни, Джонни. Подумать только, в прошлое воскресенье ты так торопился уйти на верфь, что даже не захотел задержаться на пикнике, устроенном Джудит на морском берегу и попробовать ее пирога с изюмом. А ведь я помню дни, когда ты мог один съесть целый пирог с изюмом.
— Наверно, еда сейчас уже не так важна, как раньше, — нескладно ответил Джонатан. Затем, слабо улыбнувшись, он сказал: — Через полгода я начну донимать тебя просьбой о расширении мощностей.
Его отец развеселился:
— А почему ты делаешь мне одолжение и не будешь раздражать меня просьбами еще полгода?
— Как только я начну строительство по новой конструкции, — сказал Джонатан, — я намерен побаловать себя.
— Надеюсь, отправившись отдохнуть с Луизой и Джулианом?
— Нет, сэр, построив особый клипер. Это будет единственный в своем роде корабль, не похожий ни на один другой.
Джеримайя увидел на лице сына настоящую улыбку, но в его глазах была странная грусть, и невозможно было понять, о чем он думал.
— После того как он будет построен, я сожгу все свои чертежи, и такого другого корабля больше никогда не будет. Он будет уникальным.
— А для чего нужно строить этот необычный корабль?
— Я хочу его построить. — Резко встав, он ушел осматривать корабли, стоявшие на стапелях.
Джеримайя понял, что ничего не смог добиться этим разговором, и также было очевидно, что Джонатан не намерен обсуждать «особый» клипер или причины его строительства. Чарльз Бойнтон, к мнению которого мог прислушаться Джонатан, был в море, он вел клипер, построенный для Толстого Голландца, в Джакарту. Так что единственный человек, к которому мог обратиться Джеримайя, это Джудит, его дочь.
— Не знаю, послушает ли меня Джонатан. Я не имею на него никакого влияния еще с тех пор, когда мы были детьми. Я вижу, что он совершенно изменился после возвращения с Востока. Но не похоже, чтобы онутратил здравый смысл, которым Господь в своей доброте наградил всех Рейкхеллов, так что, может быть, мне удастся достучаться до него. Пригласи нас на обед в это воскресенье, и я отведу его в сторонку для разговора, даже если мне придется при этом связать его.
Приглашение было сделано, и Уокеры пришли в дом Рейкхеллов после службы в церкви. Обед прошел оживленно благодаря присутствию Джулиана, отец которого счел, что мальчик уже достаточно большой, чтобы присутствовать на обеде в воскресенье. Джудит казалось, что по-настоящему Джонатан получает удовольствие только от своих отношений с маленьким Джулианом.