Тук… тук… тут… множество глухих ударов, которые поначалу я принял за удары собственного сердца, раздались вокруг. Разлепив веки я обнаружил себя стоящим на коленях. Пальцы мертвой хваткой вцепившейся руки принадлежали Талии - бледной, почти лишившейся чувств. Дикими глазами она оглядывала неф собора, усеянный десятками неповинный тел. На ступеньках застыл священник, прижав к себе крест, а смотрел он на меня и глаза его были таким же безумными, как у Талии.
Поймав мой взгляд, он выставил крест перед собой, губы его приоткрылись и что-то прошептали. А прямо надо мной замерла сестра. Меч так и не опустился, но и удара не нанес. Когда я протянул к ней руку, она отступила на шаг. Расширившимися глазами, в которых застыло непонимание и ошеломление, Агнесса смотрела на меня и буто не узнавала.
- Ты…
- Я?
- Что ты сделал?
- … ничего, не умер ты это имеешь в виду? Но похоже ты все же изменила свое мнение, сестрица.
- Они все мертвы… ты убил их…- Агнесса дрожала - эта бесстрашная воительница, командующий легионов Византии выглядела так, будто увидела свою смерть во плоти.
- Это не смерть, а гемо…токсин,- дрожащим голосом, полным благоговения, произнес священник. Осенив нас крестом, он приложился к нему лбом и воздел руки.- О первейший! Не думал я, что ты снизошлешь мне такой знак.
- Гемо…яд…- повторила Талия, подняв на меня глаза,- господин Гай, вы не знаете что такое гемо-токсин?
- То, что способно привести в экстаз всех людей одновременно, находящихся в зале собора. На торжественных службах, во время великих праздников,- продолжал священник, спускаясь еще на ступень,- мы распыляли в зале особый эфир, воскуренный от мощей первого священного императора. Как вы знаете, наша обитель хранит волос с его головы. И каждый год мы отрезали от него несколько молекул, а потом готовили особый вид летучего вещества, незаметно рассеивающегося в воздухе. Так мы создавали чудеса, проясняли сознание людей, давали им то, что они хотели видеть.
- Но это же ложь! - возмутилась Агнесса.
- Ложь, - подтвердил священник,- но людям нужна не правда, а мечта, и мы давали им ее. Мы не Айя. Официальная церковь не приемлет иные чудеса кроме каноничных. Но кровь первого способна сотворить настоящие чудесные вещи. Исцелять больных, давать благословение, открывая дверь в будущее,
- И вы верите в это?
- Я верю в Первого василевса. А во что вы?- священник укоризненно посмотрел на царевну.
- Что с этими людьми? - повторил я, ткнув рукой в сторону зала.- Они мертвы. Это вы сделали?
- Нет-нет, как можно, не сегодня. Мы даже не помышляли, но все выглядят так, будто мы распылили эфир. Но… вот, что странно, обычно мы использовали всего одну молекулу. Если взять две или три, у людей начинаются массовые видения. А сейчас… нет, это невозможно. Даже мы, привыкшие видеть чудеса и говорить с Первым каждый день, видим такое впервые. Как будто сам Первый сейчас находится в этом зале. Видите? - служитель церкви поднял крест.
Его поверхность, прежде отливающая обычным теплым золотом, теперь приобрела такой же цвет как и кровь. Взгляд настоятеля не отрывался от лужицы, натекшей из раны на моей ладони. Агнесса наступила на нее, размазывая сапожком.
- Что за чушь? Ваше святейшество, я никогда не была особенно набожной, хотя верю в благодать Первого. Но не пытайтесь доказать мне, что кровь убийцы собственного отца обладает таким страшным действием. Тогда почему вы еще стоите на ногах?
- Потому что я служитель Первого, дочь моя.
- Ладно, а она?- Агнесс ткнула в насмерть перепуганную Талию, которая так и не могла отцепиться от моей руки,- она не священник и не нашей крови.
- Полагаю,- настоятель задумчиво потер подбородок,- потому, что теперь она находится под защитой вашего брата.
- Пфф, глупее объяснения я еще не слышала. Тогда почему я не разделила общую участь? Или хотите сказать, что и моя кровь тоже божественна? Способность заживлять свои раны не делает нас меньше людьми, чем все остальные.
- Вы сестра господина Гая, вы сами сказали это, ваша кровь способна сопротивляться любым воздействиям.
- Кровь…- на губах Агнесс заиграла нехорошая улыбка,- значит, я должна поверить, что все эти люди упали в благословенном экстазе только потому, что увидели кровь моего любимого брата-убийцы? В это я должна верить теперь?
- Ты знаешь, даже я не верю в это.
- А ты замолчи,- кулак сестры был увесистый и теперь он со всей силой врезался мне поддых. Скривившись, я опустился на колени.- И что теперь? Все это ведь подстроено? Церемония, лишившиеся сознания гости. Это должно было впечатлить меня, когда ты поймешь, что не способен выиграть честно. Это все твои жалкие фокусы, неужели ты еще недостаточно опустился в моих глазах? - в голосе Агнесс звучала настоящая боль, и на миг мне даже стало жаль сестру.
- Агнесс, согласен, все это лишь бредовое представление, я действительно не способен справиться с богиней войны, и отправлюсь с тобой на Океану.
- С чего это вдруг? Хочешь сдаться? Признаешься в своих грехах?
- Самое подходящее место, тем более перед лицом невесты и священника, под сводами собора Первого. Я открыл самую сокровенную тайну нашей семьи человеку совершенно постороннему, никак не связанному с династией, кроме убийства одного из нас. И сейчас хочу признаться в этом, Ваше святейшество, вы понимаете о чем идет речь?
- Если это правда, сын мой, то это тяжкий грех.
- Не о себе же ты говоришь…- начала было Агнесса.
- Тайну? Господин Гай, но я не имею права это слушать. Тайны династии… если кто из простых людей услышит их, он будет навеки проклят и весь его род до десятого колена,- Талия попыталась зажать уши, но я покачал головой. Сестра ловко защелкнула на запястьях.
- Теперь имеешь, не посторонняя, а моя супруга.
- Свадьба не состоялась, вы не принесли обетов,- возразила Агнесс.
- Но она не потеряла сознания,- повторил я,- это ли не доказательство?
- Сын мой, вернемся к твоему проступку. Скажи, ты и правда выдал тайну вашей семьи постороннему человеку и не убил его при этом?
- Нет, он остался жив и даже ранил Талию. Я преследовал его, в лесу за городом я почти схватил его и то, что он украл. Это вещь не должна быть у простого вора. Но она была. То, что все эти годы хранилось в монастыре Айя, вместе с прахом Первого Василевса.
- И что же это? - Заинтригованная, спросила Талия. Она совсем не изменилась даже после всего случившегося.
- Зуб Византия и раковина… из моря, в котором обитали наши предки.
- Что.. что вы такое говорите, господин Гай?
- Сын мой, если это правда…
- Это правда. Зуб находился в раковине, как и положено, чтобы сдержать проявление свойств крови, хотя совсем недавно я как и ты, сестра, не верил в подобное, считая эти слухи лишь легендами. Но теперь, когда своими глазами видел и зуб, и раковину, и после того, что случилось с Талией, вспомнил о двух несчастьях, которые преследовали Первого василевса.
- Мор и благодать,- медленно ответила Агнесс, что-то припоминая.
- Мор и благодать. Мор… я готов поклясться, что смерть следовала за этим человеком повсюду. Из-за него почти полностью был разрушен Брод, погибли тысячи людей, пострадала Талия, потом то, что недавно произошло на площади и он тоже был там. Брат Никос исчез после инцидента, и я до сих пор не знаю, жив он или мертв. Смерть следует за ним повсюду, за этим вором, Марк… Рысь…- я помотал головой, отгоняя видение.
- И это все?- наконец, спросила Агнесса,- хотел рассказать нам старые легенды? Боюсь они стали откровением только для царевны.
- Нет, это еще не все,- я шевельнул рукой,- моя левая кисть стала бионической после того, что произошло в лесу, когда ее отрубили манипуляторы корабля, на котором скрылся вор вместе с зубом. Но раковина… раковины больше нет, она раскрошилась в моей ладони. Знаю, это звучит дико, и я сам никогда не поверил бы в такое, но тогда зуб ранил мою руку. И хотя потом у меня отняли саму руку… с тех пор я… у меня появилась связь с вором. Я в точности знаю, где и с кем он сейчас, на холодной планете, среди снега и елей. Он сбеал на Сиберию вместе с зубом Первого, и боюсь… вместе с той силой убивать.