Книгу «Оседлать тигра» Юлиус Эвола начинает с утверждения, что в современном мире можно выделить два совершенно различных типа человека: о человеке первого типа, т. е. о «современном» человеке мы не станем говорить вообще, потому как он не представляет для нас никакого интереса (хотя это, безусловно, преобладающий сегодня тип); наш интерес вызывает человек особого типа, или «дифференцированный» человек, родиной которого является мир Традиции, мир сакрацентричной реальности. Находясь среди современных людей, такой человек остро чувствует свою онтологическую непричастность к той действительности, которая воспринимается большинством как единственная данность. Дифференцированный человек признает, что современный мир находится в состоянии духовного и интеллектуального упадка, он видит, что процесс десакрализации зашел настолько далеко, что нынешнюю эпоху по праву можно называть эпохой разложения. Он отрицает современный мир и буржуазные ценности, не соглашаясь ни на один компромисс, при этом он не превращается в аскета, пытаясь спастись бегством в некое иллюзорное подобие потерянного рая. Дифференцированному человеку чужды любые формы эскапизма. Не бежит он и назад в прошлое, вопреки ошибочному мнению большинства тех, кто занимают не только контр-традиционную позицию, но и открыто демонстрируют свое полное непонимание того, что такое онтологическая укорененность в Традиции, в сверхчеловеческом, надиндивиду-альном источнике высшего Откровения. Дифференцированный человек вообще никуда не бежит; бежит только то, что пытается уподобиться времени. Мы говорим о типе человека, который упразднил временное ради вечного. В отличие от современного человека, он тот, кого точно нельзя назвать «дитя времени».
Важно подчеркнуть, что два этих типа человека принадлежат двум разным мирам. Дифференцированный человек дифференцирован исключительно потому, что совершил необратимый разрыв с современным миром и, как утверждает Эвола, видит единственную поддержку в «доктрине, которая содержит традиционные принципы в их высшем, невоплощенном состоянии, предшествующем частным историческим формам», в Sophia Perennis, которая никогда не была известна массам. Дифференцированный человек может быть вовлечен в процессы современного мира, но он останется незатронутым ими внутренне. Ему нет необходимости уходить в горы и вести отшельнический образ жизни. Юлиус Эвола вводит формулу «оседлать тигра» (cavalcare la tigre), которая означает: тот, кто сумеет оседлать это опасное животное, тот избежит участи разорванной и съеденной жертвы; оседлать тигра и дождаться, когда хищный охотник устанет от долгой борьбы с упрямым седоком и позволит себя одолеть — вот чему учит дальневосточное правило. Кризисные явления, деструктивные силы, обрушившиеся на современную западноевропейскую цивилизацию — и есть тот самый “тигр”, которого нужно оседлать. Сегодня точно так же мы должны оседлать победивших Титанов. Принципиально здесь то, что человек, живущий по принципу «оседлать тигра», никогда не занимает позицию жертвы. Юлиус Эвола говорит о людях, «готовых бесстрашно принять нынешнюю ситуацию, в которой для человека не осталось никаких опор и никаких корней». Они воспринимают кризис современного мира как испытание, которое человечество (по крайней мере, европейская часть) не сумело пройти. “Бог умер! Мы его убили — вы и я!”, а после Ницше задаст вопрос: “Убийство Бога, не слишком ли велико было для нас это деяние? Не должны ли мы сами стать богами, чтобы быть достойными его?” По Ницше, Сверхчеловек может прийти только после смерти Бога — как его победитель (“Сверхчеловек есть победитель Бога и Ничто”). Хотя Ницше и говорил, что умер только моральный (не метафизический, а теистический)
Бог, однако произнесенный им приговор, на наш взгляд, следует толковать более широко, а именно как сокрытие божественного, опустынивание мира, что в полной мере относится к нынешней эпохе. “Бог сбрасывает с себя моральную кожу, но появится вновь по ту сторону добра и зла”, — пишет Ницше. Но еще задолго до того, как был убит Бог, мир покинули боги.