Дос вздыхает:
— Череп, дружок, подойди ближе, пожалуйста. Пускай он увидит напоследок, как выглядит настоящий дайвер.
Несмотря на всю пиковость ситуации, едва сдерживаю нервный смех. Это даже становится забавным. Окидываю почтенное собрание любопытным взглядом: кого же из них поставят мне в пример?
И вдруг замечаю, что из-за стола встает… тот самый покрытый наколками двухметровый громила нестандартной ориентации.
Хорошего они мнения о дайверах!
Череп приближается вальяжной неспешной походкой, и к своему ужасу, я обнаруживаю на его волосатой груди свежую татуировку: «Не забуду Леонида!» Рядом — проткнутое стрелой маленькое сердечко. И когда ж он, гад, успел!
Череп подмигивает, сладко улыбается, и мне становится совсем нехорошо.
Глубина-глубина!.. Нет. Не буду. Проклятый дип-склероз… Драпать, словно сопливый «чайник», — не дождетесь!
Я ведь все еще дайвер! Пускай, как и остальные, растерявший большую часть своих способностей… Но с какой стати я должен бояться нарисованных уголовных рож?! Да я им сам такого могу нарисовать, что у них глаза на лоб полезут! Меня на такие дешевые штучки не купишь!
В конце концов — чего бояться! Вирусная защита у меня Шуркиного производства — а уж он в этом деле ас! Во всяком случае, компьютер отключить успею! А если и не успею — плевать! Дайверы не сдаются!
Жирдяй отодвигает в сторону блюдо с икрой и начинает аккуратно резать колбасу, весьма выразительно поглядывая в мою сторону. Ножичек у него небольшой — симпатичный такой тесачок с лезвием почти в полметра. Как раз чтобы нарезать колбаску и огурчики.
Дос прослеживает мой взгляд и издевательски хмыкает:
— Ты не бойся — мы тебя не больно отформатируем…
Тяжко вздыхаю и вопрошаю с безнадежностью в голосе:
— Последнее слово можно?
— Как решим, братья хакеры? — скалится Дос, переглядываясь с остальными. — Пускай изольет душу?
— Пускай! — милостиво машет руками банда компьютерных головорезов.
— Мы за гуманизьм! — важно кивает Жирдяй, проглатывая толстый ломоть ветчины.
На Шуркино лицо лучше не смотреть. Для него ведь все почти всерьез.
— Я стишок прочту. Можно?
— Валяй! — хохочет братва.
— Посвящается Вике!
Актерская пауза, откашливаюсь, жду. Никакого эффекта. Похоже, голосовой канал связи заблокирован. Что ж, этого и следовало ожидать.
— Давай, давай не тяни! — нетерпеливо кивает Жирдяй. — Люблю искусство!
Ладно уж, будет тебе искусство!
— Стихотворение называется «Глубина, глубина — а пошла бы ты на…!»
Боковым зрением замечаю, как вздрагивает Шурка. Похоже, до него дошло. Остальные ничего не подозревают. Дос внушительно произносит:
— Жизненное название. Актуальное. Продолжай.
Продолжение последует. Только вот понравится оно тебе или нет — это вопрос.
Я стащил шлем и клацнул пару раз «мышкой» по иконке в правом нижнем углу экрана.
Тем временем мой двойник в логове Доса декламировал с вдохновенным выражением на нарисованной физиономии:
— …Хакеры в глубине — если не мы, то кто же?
Мы берем, что плохо лежит и что хорошо — тоже…
Аудитория слушала с немым восторгом. Волшебная сила подлинного искусства способна проникнуть даже в загрубелую хакерскую душу.
Я с удовольствием смотрел на их благодушно-уголовные рожи. Расслабились. Это хорошо. Уверены в своей многоступенчатой защите.
Начиная от стойки бармена в забегаловке «Над убитым винтом» и вплоть до тяжелых портьер перед входом в эту комнату, меня сканировали. Теперь уверены, что я — «чист». Никаких вирусов, никаких сюрпризов…
И это правда — когда я входил, сюрпризов не было. Но теперь — будут!
Шквал аплодисментов! Честное слово, даже не ожидал такого успеха!
deep.
Ввод…
В это мгновение будто снежный вихрь проносится над комнатой, застилая все матово-белой пеленой. Изумленные вопли хакерской братвы.
— Ленечка, Леня, отзовись! Ленечка, я ведь тебя на куски порву… — леденяще мягким тоном бормочет Дос, наверное, пытаясь своими длинными «клешнями» нащупать меня в белесой тьме. Он, вероятно, думает, что я хочу смыться под шумок. Фиг вам! Не собираюсь пропускать самое интересное!
Белесая мгла тает. Дос снова видит меня, ухмыляется и почти ласково тянется здоровенными ручищами к моему горлу.
А я покатываюсь со смеху:
— Ты забыл!.. забыл!..
Ухмылка все еще не сходит с его лица, но в глазах застыло недоумение:
— Чего забыл?
— Забыл спросить: молилась ли ты на ночь, Дездемона!
Дос смотрит на свои руки, и физиономия его вытягивается:
— Ой…
Горбатый компьютерный мокрушник сейчас черен, как истинный мавр! Впрочем, и остальные не лучше. Только мы с Маньяком не утратили первозданный облик.
На этот раз всеобщее оцепенение длится недолго. Сохраняя зловещее молчание, темнокожие хакеры выбираются из-за стола. Начинаю потихоньку пятиться к выходу.
— Ребята, ребята! Вы нас неправильно поняли! Мы за дружбу народов!
— Ты меня сделал черным, а я тебя сделаю синим! — свирепо бормочет Жирдяй. Хорошо хоть не голубым.
Белки глаз яростно сверкают на негритянских физиономиях. Ой, что щас будет!..
— Племя каннибалов за завтраком, — доносится откуда-то сзади ехидный комментарий. — А тебя, Шурка, оставили на сладкое?
— Падла! — радостно орет Маньяк, и поскольку он не бьет новоприбывшего в челюсть, а кидается обниматься, я догадываюсь, что это отнюдь не оскорбление.
— Ну что, рецидивисты-любители! Стоит вас оставить на пять минут — тут же устраиваете какую-нибудь хренотень! — кряжистый бородатый мужик в майке и семейных трусах по колено ставит авоську с бутылочным «Жигулевским» на пол. Чешет густую рыжеватую шерсть на груди, сдвигает на затылок шапку-ушанку и окидывает притихшую аудиторию веселым взглядом сквозь круглые стеклышки очков а-ля Пьер Безухов:
— Ну и какого хрена вы заделались неграми? Детей пугать?
Возмущенные вопли.
Падла иронично косится на Маньяка:
— Твоя работа?
Шурка пожимает плечами и невинно вздыхает:
— Вирус-то совсем пустяковый.
Падла задумчиво пощипывает разбойничью бороду:
— А что? Мне даже нравится. Пускай так и остаются.
Хакерская братва неистовствует. Горбатый мокрушник Дос в сердцах выпрямляется, приобретая вдруг безупречную гвардейскую осанку и начисто теряя весь свой уголовный шарм:
— Да вы че, блин, офонарели? Вы знаете, сколько времени я угрохал на это тело?! Это ж, блин, произведение искусства! Раритет!
— Верю, — охотно соглашается Падла. — Но, ты знаешь, без этого последнего штриха, мне всегда казалось, что чего-то не хватает. Зато теперь… — Бородатый хакер внушительно кивает головой.
— Правда? — совсем по-детски изумляется Дос.
— Да он же издевается над нами! — вопит негроидный Жирдяй, подпрыгивая с качалкой колбасы наперевес.
— А ты вообще молчи! А то определим тебя в африканский район Диптауна — работать статуей Патриса Лумумбы! У вас с ним фамильное сходство!
Падла поворачивается и окидывает меня задумчивым взглядом.
— Вижу новые лица…
— Это Леонид, дайвер, — объясняет Маньяк.
Со стороны бородача не следует никаких издевательских комментариев, что само по себе уже приятно.
— Шурик, может, объяснишь, из-за чего сыр-бор? — мягко говорит Падла, присаживаясь и выкладывая на стол из авоськи бутылки «Жигулевского». — А вы расслабьтесь, расслабьтесь, ребята… — машет он рукой, и почерневшие, как головешки, хакеры угрюмо разбредаются по своим местам.
Маньяк ровным, почти академическим тоном излагает историю наших злоключений.
На этот раз никто не пытается встревать с ехидными замечаниями.