— Так ты всё-таки пробовал ходить между мирами? — всколыхнулся adottaro.
— Нет, конечно, где бы?
Лицо сталкера не изменилось, губы не дрогнули в скрываемой ухмылке, в серых глазах не промелькнуло знание сокровенной тайны. Но я что-то скрытое уловил! Почувствовал!
…Пространство перед усадьбой диппредставительства было освещено жёлтым светом одного из трёх на всю Пенни Лейн уличных фонарей. Словно морщинистые бабушкины руки, которые я хорошо помню, пролили на серую скатерть густой гоголь-моголь. А слева, перед часовней, в одиночестве горел тусклый мерцающий фонарь. С улицы уже не доносился гул разномастных тарантасов и голосов.
Спит город. А у нас тут такое…
— Хорошо, все мои комплексы обсудили, двигаемся дальше? — предложил Гоблин. — К теме других цивилизаций… На Кристе по берегам Леты изредка попадаются очень своеобразные старинные башни из гранита. Очевидцы уверены, что им не менее тысячи лет. Сейчас я постараюсь такую башню описать…
Михаил рассказывал, а я, чуть прикрыв глаза, представлял.
…В Америке такое сооружение назвали бы фортом, у нас — сторожевой башней или детинцем. Если вокруг когда-то и было поселение, то среда давно его впитала и переработала. Но древней башне, сложенной из серых каменных блоков, время было нипочём. В нижнем уровне имеется арочный проём — единственный вход, шириной в обычную дверь. То есть, повозки, если они и имелись у неведомых строителей, внутрь сооружения точно не заводили.
В диаметре цитадель — двадцать метров. Да ещё стены по два метра толщиной. По стенам уходит вверх винтовая лестница с террасами по окружности, ступени широкие. Как правило, кроме зубцов верхнего ограждения, ничего не обрушилось — вот уж действительно на века ваяли.
На уровне второго этажа начинаются бойницы в нишах. Общая высота сооружения — метров пятнадцать, состояние вполне боевое, укрыться на обзорной площадке всё ещё можно. Внутри башни прячется внутренний двор, часто с круглым бассейном и фруктовыми деревьями. Скорее всего, некогда во дворе миниатюрной крепости стояли бревенчатые хижины и складские помещения. В общем, это оборонительное сооружение можно очень быстро привести в эксплуатационное состояние.
Итого: это хорошо укреплённая каменная цитадель, крепкий опорник, дом для отдельного пограничного гарнизона в дюжину человек.
— Коттедж мечты! — отреагировал Дино. Устав сидеть ровно, он уселся на стул, по-турецки скрестив ноги.
— Согласен. Только непонятно, почему на этом курорте… С какой именно целью они были поставлены, от кого защищали, кого пасли? — сам себя спросил Михаил. — Рядом не видно других каменных построек, остатков стен и рвов.
— Следы прошлых экспериментов Смотрящих! — предположил я.
— Разбирали… Разрыв во времени слишком велик, — возразил Сомов.
— А мне подумалось, мальчики, что Смотрящие подбирают для новых жильцов те планеты, где цивилизация исторически не смогла выжить, — проворковала Екатерина свет Матвеевна. — Брошенное жильё, не пропадать же.
— Отличная версия! Надо будет с дедом Гольдбрейхом на эту тему перетереть… — кивнул докладчик. — Осталось добавить в картину важную деталь. Дело в том, что такие же башни, либо очень похожие, встречаются и у нас, на Платформе-5.
Я уже забыл о голоде. Остальные, вероятно, тоже, как-то не до еды в этот вечер сенсаций.
— Причём это не является какой-то тайной, — поспешил добавить Михаил. — Охотники, геологи, топографы, сталкеры, как и все остальные бродяги, то и дело находят подобные сооружения башенного типа. И я пару раз внутри такой башни побывал, впечатляет… Подтверждаю, они почти полностью соответствуют описанию Квачина. Да что там башни, мы поинтересней объекты находили, некоторые уже стали туристическими достопримечательностями. Отдыхали на пляжах Южного Форта, Екатерина Матвеевна?
— Да как-то не довелось…
— Понимаю, вы же всё время за границей. Нотр-Дам, Базель, Каир… Но при случае побывайте, отличный курорт! Так вот, там неподалёку наши музейщики замутили исторический заповедник. Массивная каменная баба высотой в восемь метров с иероглифами на постаменте, что-то среднее между сидящими статуэтками тибетцев и статуями острова Пасхи. А рядом — древний храм. И это уже не отдельные башни.
Гоблин невольно потянулся, шумно вдохнул сквозь сжатые зубы. Его обычно непроницаемое лицо на какой-то миг словно ожило, в нём проступили усталость и какая-то старая, глубокая, словно хронический недуг, боль. Да все мы устали, чего там.
— Уф-ф, вроде бы всё нужное выложил, можно и по пивку! Шучу.