— Да без проблем, — пообещал я. — Есть пивко, Дино на раз в погреб Марты прокрадётся.
— Хорошее у вас хозяйство, да… Осталось сказать о том, что больше всего беспокоит Сотникова, да и всех наших умников вообще. Понятно, чем Платформа-4 принципиально отличается от Платформы-5?
— Чем-чем… — первой взяла слова начальница. — Тем, что у них там две цивилизации, а у нас одна. Всю эту каменную археологию прошлых тысячелетий в расчёт не берем.
— Верно, Екатерина Матвеевна! Но ведь ни люди, ни зорги, сами кресты на воде бластером не нарезали, они просто не по своей воле попадают в ловушку, в канал переноса. Они просто попаданцы. Значит, это организовали Смотрящие. Но зачем? С какой целью?
— Конкуренция, стимул к активному развитию, — ответила Селезнёва.
— Типа конкуренция двигатель прогресса? Что-то в этом есть… — задумался я.
— Конечно! У нас ведь тоже есть конкуренция, — Катя всё более убеждалась в своей правоте.
— Ну, несколько разные условия, согласись.
— Старшие, вы о чем⁈ — не выдержал Дино, вставая с места.
— Тише, — попросил я, — чё орёшь? Поясни.
— Да что тут пояснять, вы, правда, не понимаете⁈ Какая конкуренция, какой двигатель? Будет бойня! Вы в Риме были, Колизей видели? Смотрящие сделали планету-колизей, арену, где после поединка должен остаться только один боец! С египтянами можно договориться, с евреями, не знаю, — поделить реку. Но я никогда не смогу жить рядом с инопланетными тварями! И вы не сможете, не врите! И эти гоблины не смогут! Никто не сможет! Они не люди, старшие! Они вечные Чужие! — Дино всё продолжал и продолжал на высокой громкости, но это уже было неважно.
Гоблин молчал.
Мы с Катей пытались всё это переварить.
Дино, жадно допивая стакан с водой и вытирая лоб рукавом, ждал нашей реакции.
— Подождите, подождите, — сдвинув брови, Екатерина попыталась возразить. — Но люди и зорги находятся на совершенно разных ступенях развития! И разница огромна, какая может быть битва? Или я чего-то не понимаю, Максим?
— Это сейчас они на разных, — тихо и устало ответил я. Мозг уже отказывался как рефлексировать, так и эмоционировать.
— Из того, что я услышал, ясно — зорги не остановятся на железных топорах, Екатерина Матвеевна. Пока мы тут разговариваем, они уже осваивают стрельбу из первых добытых ружей. Они будут очень быстро перенимать у людей все познания и навыки… А человеческое сообщество на Кристе будет деградировать до определенного уровня.
— Почему?
— Потому что у них нет не только системы целевых заказов через терминалы поставки, но и государств. Значит, нет возможности выделять деньги на науку, НИОКР, образование. Материальное снабжение у кристиан хаотичное, случайное, с непредсказуемой номенклатурой. Мне вообще непонятно, где они берут лекарства, например.
Я глотнул вина и не почувствовал вкуса. Адреналин бродил в крови, по сосудам поднималась, как в лифте, тёплая оглушающая волна.
— Всё так плохо? — так же тихо спросила ошарашенная русалка.
— Ну… В конце концов баланс будет найден, падение остановится. И что? Две цивилизации столкнутся на уровне где-то начала XIX века, предположим… И кто победит?
— Наши научники считают точно так же, — прервал молчание сталкер. Он тоже вылил в себя вино. Задумчиво выдохнул. — Знаешь, Макс, а ведь у тебя хорошие аналитические навыки.
— Спасибо, но как-то не греет, — буркнул я.
— Ничего, нам ещё думать и думать. Просто представь, что может полезть в нашу сторону через разные Прорезы.
Дино и Екатерина откликнулись по очереди:
— Разные?
— Прорезы? Их несколько?
— Попадание каких-то непонятных существ зафиксировано вблизи Берлина, сейчас так целая система наблюдения. И непонятно, сухопутный сработал Прорез или речной, на Шпрее… Да-да, Максим, это тот самый случай.
Я застыл.
— Ты хочешь сказать, что кто-то прочитал моё письмо Георгу? По какому праву⁈
— А ты чего ждал? — повысил голос Гоблин, — Департамент берёт на работу совершенно нового человека без опыта госслужбы и особой репутации, новичок получает секретное задание у самого Сотникова, где сплошные тайны и допуски, так? И в тот же день пишет какое-то письмо совершенно непонятному человеку из Берлина, не имеющему никакого отношения ни к предыдущим местам работы, ни к автобусным перевозкам, здрасьте! Ты-то сам как бы поступил? Контролировал бы неотёсанного свежачка, или хрен с ним?
— Я только на третий день написал… — пробурчал я.
— Мальчики, прекратите говорить загадками, я ничего не понимаю!
— Я тоже, — произнёс отрок.