Из пчелиного меда и крови поэта и мудреца Квасира эти существа сотворили священный мед поэзии - им боги мазали губы новорожденному, которому предначертано в будущем слагать стихи…
- Как-то криповенько звучит, - передернула я плечами, услышав последний факт: связываться с цвергами как-то расхотелось.
- Боятся солнечного света… - задумчиво протянула Ира, сощурив глаза. – Эта информация может оказаться полезной!
- Ну что, идем бороться с врагами? – спросила я, неохотно поднимаясь с дивана. – Книги перерывать толку нет, защитные заклинания мы более-менее знаем, а в любой непонятной ситуации можно убежать.
Алатея посмотрела на меня с легким презрением.
- Странное отношение к учебе у вас, девочки…
Я только пожала плечами. Ну а что? Практика практикой, а умирать ради зачета я не собираюсь!
Отправились мы в лес. Несколько дней назад мы обнаружили тут поляну среди огромных зарослей, на которые время от времени выбирались цверги. Нам никак не удавалось их поймать. Сложность заключалась в том, что духи проникали под землю проходя прямо сквозь слой почвы не создавая тоннели и ходы, мы же такими способностями не обладали.
Третий день мы искали вход под землю, но нигде не было ни единой ямы.
- Ну, найдем мы вход, и что? – спросила я, в очередной раз осматривая поляну в поисках дыр, а сделать в вечерних сумерках и темных зарослях это было проблематично. – Эти милые существа легко сделают из нашей крови «священный мед поэзии?»
- Пусть делают из Ангелининой, она у нас больше всех стихи писать любит, - сказала Ира, освещая землю фонариком из телефона.
Ангелина недовольно нахмурилась и поднялась с земли.
- Скоро ночь, - сказала она. – Солнечный свет скоро перестанет мешать цвергам покидать подземные владения. Нам нужно затаиться в кустах и подождать, что будет. Возможно, и удастся поймать кого-нибудь из них.
Так мы и сделали. Постелили в тени кустов взятый с собою плед из дома Алатеи (нам, конечно же, за это влетит), сели и принялись ждать, время от времени тихонько перешептываясь.
Через некоторое время мы заметили на поляне движение – маленькая темная тень двигалась волнами от земли примерно на уровень низких кустов, и обратно.
- Он будто плывет по земле, - прошептала я, приглядываясь.
- Нужно схватить его, пока он тут один, - предложила Ира. – Применяем заклинание заморозки!
На счет три мы выскочили из своего укрытия и направили руки в сторону духа. Каждая из нас попыталась попасть в цверга заклинанием, но не тут-то было – фигура вдруг начала так лихорадочно скакать, что у нас замелькало в глазах.
- В него невозможно попасть! – посетовала Ангелина.
Вскоре мелькание прекратилось. Тишина. На поляне никого.
Мы остановились и затаили дыхание.
- Где он? – прошептала Ира, нервно озираясь.
Тут вдруг я услышала тихий стук за спиной. Я резко обернулась – никого. Опустила взгляд ниже и замерла от испуга – передо мной стоял маленький человечек с острыми зубками, хитрыми маленькими глазками и землистого цвета кожей. Я завопила, но, заметив, что цверг начал движение, тут же произнесла боевое заклинание. Конечно, же, я никогда не была достаточно меткой, - заклинание попало в дерево, а цверг бросился прямо на меня!
Я завопила пуще прежнего, и тут кто-то отбросил меня в сторону. Перевернувшись на спину, я увидела, как цверг подпрыгнул и укусил Иру в руку. Тут только я поняла, как мне повезло – если бы я стояла на прежнем месте, то острые зубы цверга впились бы мне прямо в лицо, Ира же, благодаря своему высокому росту, избежала этой участи.
Ира пустила в цверга искру, и тот скрылся под землей.
- Спасибо тебе! – сказала я, поднимаясь с земли. – Больно он тебя укусил?
Ира подняла рукав кофты. Рана слегка кровоточила.
- Приятного мало, но жить буду, - поморщилась подруга. – Никому не позволю сделать из себя священный мед поэзии!