— Костик, ну ты скоро, я жду тебя, — Стрелец не заметил, что жена закончила болтать по телефону и направилась в спальню.
— Альбина, ложись спать, мне еще нужно поработать, — ляпнул он первое, что пришло в голову.
— Вот вместе и поработаем, — она вошла в гостиную и по-хозяйски обняла мужа за плечи.
— Альбиночка, я серьезно, у меня есть одна незавершенная задача…
— Завтра решишь свою задачу! — ответила Альбина, настойчиво подталкивая его в спальню.
— Завтра я должен отчитаться перед Истоминым. С самого утра.
— Встанешь утром пораньше и доделаешь. Ведь не в первый раз, — она призывно заглядывала ему в глаза.
— Альбина, все слишком серьезно, — не сдавался Стрелец. — Ледников только и ждет, чтобы я оказался в положении двоечника.
— Не думай об этом, никто не осмелится делать тебе выволочку. Во-первых, ты — умный, а во-вторых, он не станет так откровенно портить отношения с папой. Все знают, что он у меня хоть и добрый, но своих защитить умеет!
— Альбина, ну что за детский сад. Не хочу я ни папу твоего подставлять, ни сам подставляться. Иди спать. Я закончу справку и тоже приду.
— Ничего не понимаю… что с тобой случилось? — скорее обращаясь к самой себе, задумчиво произнесла она. — Или ты все-таки плохо себя чувствуешь и молчишь, чтобы не расстраивать меня? Может, надо было послушать эту Берсеневу и лечь в больницу? Или поехать на лечение в Москву? — захлопотала она, автоматически поднеся ладонь ко лбу мужа. — Температуры у тебя точно нет. Давай, измерю давление!
— Альбина, дорогая, лучше сделай мне, пожалуйста, чаю, — попросил он жену. — Прости, столько всего в эти дни поставлено на карту, что я не могу думать ни о чем другом. Каждая, даже самая маленькая деталь теперь имеет значение.
— Тебя послушать, так вы там прямо историю пишете, — усмехнулась жена.
— А ты ведь верно заметила, — он пристально посмотрел на Альбину, — мы действительно пишем историю. И от того, насколько хорошо мы выполним свою работу, впрямую будет зависеть жизнь Татки и ее будущих детей.
— Ой, Басов, кончай! Ты же не на партсобрании! — сказала она и отправилась на кухню.
— Альбинка, я не шучу! На твоих глазах и с участием твоего мужа сейчас действительно вершится история.
Вершится, не вершится, история, не история, на партсобрании, не на партсобрании, а делать со всей этой чехардой, точно, что-то нужно. Вот только что? Альбина прекрасно знала, как обходится с соперницами, она могла переплюнуть любую женщину просто потому, что от природы обладала спокойным уравновешенным характером и никогда не кидалась в крайности. Ее стихией были упорство, терпение и расчет.
Но как бороться с такой соперницей, как работа мужа, она, совершенно точно, не имела ни малейшего понятия. Для Альбины Арсеньевны это был абсолютно новый вызов. Как ни странно, сформулировав задачу, женщина успокоилась — впрочем, так было всегда. Период сомнений закончился, наступил этап действий. А в этом она была далеко не последним человеком.
Маргарита Сергеевна Берсенева второпях собиралась на встречу с Серафимой Павловной Царевой. Как назло, в это утро она проспала. Докторша понятия не имела, зачем ее вызвала всесильная секретарша посла, но чувствовала, что речь пойдет о неприятном. Неужели уже и Царевой донесли про ее «выступление» на концерте? Берсеневой стало стыдно. Предательский румянец проступил даже сквозь умело нанесенный тональник. Она и сама не понимала, как могла так проколоться на ровном месте.
После приступа, который случился у Басова, она сказала Зотову, что, скорее всего, не пойдет в клуб и предложила поискать другого компаньона, тем более, что группа выступала модная, желающих попасть на концерт было хоть отбавляй. Но Зотов умел уговаривать. Она сама не заметила, как сдалась, согласившись с тем, что второго такого шанса может больше и не представиться.
«Вот ведь не хотела же! Но пошла!» — корила она себя. В памяти тот вечер всплывал как-то смазанно, нечетко. Они танцевали, выпивали вместе, но в разнос почему-то пошла она одна.
Докторше повезло. Она пришла в кафе на пару минут раньше Серафимы Павловны. Вроде бы ничего особенного, но Царева ценила такие знаки уважения к своей персоне. Дамы заказали кофе, обменялись дежурными фразами о погоде, после чего приступили к главному.
— Маргарита Сергеевна, как вы понимаете, я пригласила вас сюда не с бухты барахты.
— Слушаю вас, Серафима Павловна, — Берсенева замерла, стараясь унять дрожь.
— Это я бы хотела послушать, что там у вас произошло на этом злосчастном концерте?
— На концерте? — Маргарита Сергеевна едва не задохнулась от стыда. — Серафима Павловна, это недоразумение. Нелепое недоразумение!