— Я не знаю, что тебе сказать, Фридрих, — пробормотала девушка.
— Это уже лучше. Начинай думать. И вот еще что: человек, который тебя подставил, гораздо опаснее, чем ты себе думаешь.
— Мне кажется…
— Подожди, — Нойер перебил собеседницу, не дав ей скатиться на оправдания, — как ты полагаешь, когда его вычислят — а его вычислят, это лишь вопрос времени, — он будет молчать про тебя?
Стрелец по линии правительственной связи набрал тестя.
— Арсений Дмитриевич, у нас ЧП, — без предисловий бросил он в трубку.
— Что случилось?
— Сегодня утром Der Springer опубликовал один документ.
— Вот ведь… не доведет до добра эта свобода слова, — нравоучительно заметил тесть.
— Да не об этом сейчас речь, — забыв о субординации, в сердцах перебил его Стрелец.
— У них там такое регулярно происходит или, ты хочешь сказать, что эта писанина напрямую касается нас?
— К сожалению.
— Ладно, давай к делу.
— Ситуация следующая, — Стрелец заговорил быстро. — Министр финансов напуган разгоняющейся инфляцией, которая, действительно, впервые за послевоенный период превысила рекордные семь процентов. Шмидт разработал комплекс экстренных мер по изъятию из оборота пятнадцати миллиардов марок. Это означает существенное повышение налогов, в том числе на инвестиции, сворачивание социальных программ и так далее. Его конфиденциальный доклад по этому поводу и был слит в прессу.
— Ну а мы тут каким боком?
— Оппозиция требует отставки правительства, — объяснил советник.
— И тогда о саммите с Брежневым можно будет забыть…
— Верно, — ответил советник, — они обвиняют Брандта в том, что вместо спасения собственной экономики он кредитует коммунистов. И так далее, и тому подобное. Снова муссируют проблему Западного Берлина.
— Дался им этот чертов город! — возмутился Кацолапов на том конце провода.
— Дался, не дался — это сейчас вопрос второго порядка.
— Предположим. От меня ты чего конкретно хочешь?
— Я хочу, чтобы вы подготовили Андрея Андреевича… и выше, — выдохнул Стрелец. — Если Москва отреагирует чересчур эмоционально, оппоненты в Бонне мгновенно используют это против канцлера. А нам важно не допустить этого.
— Идея понятна, коротко отозвался замминистра.
— После полудня Истомин будет докладввать. Важно, чтобы к этому времени министр уже был в курсе ситуации, чтобы эффект неожиданности не сыграл с нами злую шутку.
— Костя, я со своей стороны сделаю все возможное, но смотри, чтобы вас с Истоминым не опередили.
Игорь Прокопьевич Кузнецов отдавал себе отчет в том, что для Ледникова сложилась уникальная ситуация. Если тот сыграет на сливе меморандума, в нынешнем составе это посольство уже никогда больше не будет существовать. Как, впрочем, и многое другое. «Крот» в команде канцлера спутал все его намерения. Тщательно продуманный план в отношении Ледниковой придется перекраивать на ходу. Кузнецов решительно встал из-за стола, прихватил папочку Марфы Григорьевны и отправился к ее мужу.
Советник-посланник наслаждался чтением немецкой прессы. Такого подарка он уж и не чаял получить. Мысли выстраивались в идеальную, триумфальную цепочку: Конец Брандту — конец новой восточной политике — конец Истомину — да здравствует новое назначение! И Марфуше станет полегче. Юрий Антонович прикидывал, что напишет Михаилу Андреевичу в секретном донесении. От предвкушения у него даже покраснели кончики ушей.
Хорошее настроение несколько испортило появление Кузнецова. «Да и шут с ним, — подумал Ледников. — Скоро я забуду, как этот тип выглядит, а он навсегда забудет дорогу в Бонн».
— Юрий Антонович, — ласково заговорил полковник, — позвольте вас отвлечь от приятного занятия, — он жестом указал на кипу немецких газет.
— Не беспокойтесь, Игорь Прокопьевич, — Ледников чувствовал себя на коне и от этого был куда более великодушным, чем обычно.
— Тогда давайте прогуляемся, — предложил Кузнецов.
— Игорь Прокопьевич, некогда мне с вами разговоры разговаривать. Гуляйте лучше с товарищем Басовым. Когда еще у вас появится такая возможность? — не удержался от шпильки дипломат.
— И все же… Это в ваших интересах, — в голосе комитетчика послышался металл.
— Вы отвлекаете меня от важной работы, — попробовал соскочить Ледников.
— Чтобы сэкономить ваше время, вместо прогулки вдоль Рейна я предлагаю вам пятнадцать минут в «аквариуме».