Имея все необходимые документы, вплоть до чистых каперских свидетельств, в которые оставалось лишь вписать имя, а также полную свободу действий, Шестаков с присущей ему энергией принялся за дело. С благословения получившего весьма щедрое пожертвование архиепископа Хьюза, во всех католических церквях пошла вербовка новобранцев.
Командующим Освободительной Армией стал полковник (теперь уже генерал) Томас Фрэнсис Мигер. Известный революционер, осужденный Лондоном за бунт к смерти, замененной затем на пожизненную ссылку на Тасмании, откуда он несколько лет назад благополучно сбежал и перебрался в Америку, где сразу возглавил один из ирландских милиционных полков.
Решившие вступить в борьбу за свободу родного острова ирландцы одновременно получали пасторское благословление и задаток, после чего небольшими группами отправлялись на ферму, ставшую базой всей операции. Там их, вдалеке от стороннего внимания, они грузились на корабли.
В полной тайне подобные мероприятия, конечно, было провести невозможно, но к этому никто и не стремился. Телеграфного сообщения между Старым и Новым Светом пока еще не было. Так что, пока отчеты посольства достигнут Лондона, маленькая флотилия Шестакова будет уже в море. А когда лорды из Адмиралтейства начнут принимать меры, десант уже будет высажен.
[1] Звучит громко, но на самом деле все эти Добровольческие полки были не более, чем компаниями по интересам.
[2] Полет диких гусей — это отплытие ирландской якобитской армии под командованием Патрика Сарсфилда из Ирландии во Францию, как было оговорено в Лимерикском договоре от 3 октября 1691 года, после окончания войны Вильгельма III в Ирландии. В более широком смысле термин Дикие гуси используется в ирландской истории для обозначения ирландских солдат, которые отправлялись служить в армии континентальной Европы в XVI, XVII и XVIII веках.
Глава 8
Десантные операции всегда считались самими сложными и опасными предприятиями, какие только возможны на полях сражений. Считалось, что высадка больших масс войск действенна против заведомо слабейшего противника, не имеющего тяжелого вооружения и всякого представления о современной войне. Ярким примером чему были регулярные высадки русских войск на Кавказском побережье.
Однако после начала Восточной войны выяснилось, что крупные десанты хоть и связаны с известным риском, однако вполне реализуемы. Примером чему были действия союзников на Аландских островах и в Крыму, а также блестящая операция русских войск в Трапезунде. Но если первые две закончились полным фиаско, то последняя не только оказалась успешной в плане выполнения поставленных задач, но и едва не привела к выходу Османской империи из войны.
Из чего были сделан простой, логичный и, как это часто бывает, абсолютно неверный вывод — успешная десантная операция возможна только при полном господстве атакующей стороны на море!
Оказавшемуся волей судьбы и великого князя Константина во главе каперской флотилии Шестакову предстояло доказать обратное. Имея чуть более полудюжины судов, просочиться сквозь завесу британских кораблей, большинство из которых превосходили атакующих размерами и вооружением, к берегам Изумрудного острова и произвести высадку довольно значительного отряда. Причем все это следовало проделать, не поднимая излишнего шума.
К счастью, на этом его миссия заканчивалась, после чего руководство операцией переходило к Томасу Френсису Мигеру — одному из вождей неудачного восстания 1848 года. Именно этому человеку предстояло возглавить революционную армию под зеленым флагом с золотой арфой, (хотя сам Мигер предпочитал трехцветное Зелено-Бело-Оранжевое полотнище, олицетворяющее основные конфессиональные группы Ирландии и мир между ними).
Впрочем, пока его армия не дотягивала и до полка. По крайней мере, по русским меркам. Подготовка вчерашних наемных рабочих, грузчиков, трактирных слуг тоже оставляла желать лучшего. Но зато все они рвались в бой, в надежде отплатить своим поработителям за столетия национального унижения!
Еще одним преимуществом было неплохое вооружение. Если сами ирландцы и их американские спонсоры предпочитали старые добрые дульнозарядные мушкеты и штуцеры, то Шестаков не поскупился и приобрел для повстанцев пару сотен «Шарпсов» и столько же револьверов. Вдобавок к этому у многих имелись тесаки или сабли, а также ножи, топоры и прочие колющие, режущие и рубящие орудия убийства.