— И его милость не нашел никого лучше тебя для этой поездки? — удивился унтер, никак не могущий сообразить, что же его смущает. И лишь потом понял, что его старый знакомый оказался единственным, на ком форма сидела в соответствии с уставом. А вот у стоявших на запятках солдатах мундиры были расстегнуты, кивера сбиты на бок и вообще…
— Что за черт? — удивился он, хватаясь за рукоять тесака, но не успел и пикнуть, как его сбили с ног и прокололи штыком.
Мост был захвачен, после чего рота Коркорана переправилась на северный берег и уже не скрываясь рванула к Форту Мэгазин, и через несколько минут сумасшедшей скачки, не жалея ни колес, ни копыт, их отряд оказался у цели.
Не надеясь больше на захваченную форму, капитан не стал ломать комедию, а выскочил из кареты с револьвером в руках и приказал никак не ожидавшим подобного поворота событий солдатам сдаваться и открыть ворота. Ворвавшись во дворик внешнего укрепления, он и его люди быстро рассредоточились, заняв все строения.
И тут им, практически в первый раз за день, оказали настоящее сопротивление. Ведущие во внутренний двор ворота оказались заперты, а охранявшие их бойцы поднялись на стену и начали отстреливаться. Однако пока одетые в красные мундиры «сасанахи» [3] делали из своих дульнозарядных Энфилдов один выстрел, вооруженные «Шарпсами» ирландские стрелки отвечали им как минимум пятью. К тому же к месту боя постоянно подъезжали все новые повозки и кэбы с подкреплением, и скоро никто из защитников Арсенала не осмеливался поднять головы из-за бруствера, чтобы пусть даже не прицельно послать пулю в сторону врага.
Пользуясь этим, осаждающие подобрались вплотную к воротам и закрепили на них предусмотрительно прихваченную с собой пороховую мину, а затем без промедления подожгли фитиль. Раздался ужасный грохот, после чего успевшие скинуть ненавистные английские мундиры и разъяриться от первых потерь повстанцы ворвались внутрь и устроили кровавую резню, не оставив в живых никого из защитников форта.
Немногие чудом уцелевшие позднее с дрожью в голосе пересказывали всем желающим истории о свирепой и кровожадной ярости фениев.
— Мистер Хини, — обратился Коркоран к своему лейтенанту, — Отыщи моряков и приведи ко мне. Они срочно нужны. И еще, Шон, распорядись сержанту Даффи подойти, есть для него задание.
— Есть, сэр, — коротко козырнул окрыленный победой молодой офицер, бывший родным сыном прежнего работодателя Майкла и кузеном его благоверной супруги, на которой он женился в прошлом, 1854 году.
Когда все вызванные оказались перед капитаном, он быстро ввел их в курс дела.
— Даффи, эти трое поступают в твое распоряжение. Ты у нас с пушками знаком, в армии командиром расчета служил. А моряки опытные канониры, О'Доннелл за них ручался. Ваша задача отыскать несколько пушек и мортир, выкатить их на внешний двор и открыть стрельбу по Королевским Казармам. Приказ ясен?
— Сэр, здания из-за леса не видны, нужен наблюдатель-корректировщик, который будет подсказывать, куда переносить огонь.
— Разбирайся сам, Даффи. Но чтобы через пятнадцать минут стрельба была начата!
— Будет исполнено, сэр! — продемонстрировав отменную армейскую выучку, вытянулся перед командиром сержант.
Среди стрелков роты Коркорана нашлось много охотников помочь пушкарям. Так что дело закрутилось быстро, и к назначенному сроку мортира, гаубица в пять с половиной дюймов и две легкие двенадцатифунтовые пушки открыли огонь. Цель была очень крупная, пусть не размером с город, но все же Казармы занимали площадь сто пятьдесят на триста ярдов, а дистанция от Форта до них составляла чуть больше одной английской мили. Для опытных в своем деле и самую малость знакомых с попавшими к ним орудиями пушкарей первыми же снарядами поразить территорию Казарм не составило труда. Правда, попали они не в стены, а на широкий внутренний двор. Но и этого оказалось достаточно, чтобы вызвать изрядное замешательство гарнизона.
Пристрелявшись, артиллеристы продолжили со всей возможной быстротой закидывать расположение британцев бомбами и гранатами, то и дело попадая в черепичные кровли и каменные стены, круша все на своем пути. Очень скоро в зданиях начались пожары, которые тут же принялись тушить.
Командующий гарнизоном командир 81-го пехотного полка сэр Ричард Рейнардсон, как старший по званию, возглавил сборную солянку учебных рот и батальонов, расквартированных в Королевских Казармах, и первым делом отправил полуэскадрон гусар на разведку в сторону, откуда велась бомбардировка.
Коркоран, предвидя такие действия противника, заранее выдвинул два взвода своих стрелков к лесным зарослям у недостроенного монумента герцогу Веллингтону. И когда всадники выбрались на широкую лужайку у памятника, их с дистанции в сотню ярдов встретил плотный, прицельный и очень меткий огонь. Гусары оказались не трусами и вместо того, чтобы отступить, пришпорили коней, обнажили сабли и помчались вперед. Пули вышибали их из седел одного за другим, и когда кавалеристы достигли зарослей, от полуэскадрона осталось не больше трех десятков всадников в темно-синих ментиках и черных киверах, обшитых галунами и невысокими султанами.