— Только в том случае, если вы бросите на произвол судьбы ирландцев и откажетесь от договора Балтийских держав!
— Хотите поспорить?
— Увольте, — уклонился Морни, после чего продолжил совсем другим тоном. — Константин, вы же понимаете, что полученные от императора инструкции вовсе не подразумевают подобных условий? Мне нужно время, чтобы не просто сообщить ему о ваших требованиях, но и убедить его в их разумности!
— Ничего не имею против, Шарль. Действуйте. Расскажите императору, что каждый час промедления лишь увеличивает страдания ваших соотечественников, попавших в плен на никому не нужной войне.
— К слову, император крайне признателен своему августейшему брату Александру за освобождение принца Наполеона.
— Как поживает нынче любезный Плон-Плон?
— В последний раз, когда я его видел, был совершенно здоров и весел. Разве что несколько поправился, вернувшись из Петербурга. Ваша русская кухня с блинами, зернистой икрой и прочими сытными блюдами пошла ему на пользу. Но остальные…
— Шарль, мы с величайшим удовольствием отпустим всех, но не раньше, чем будет подписан мирный договор! Без этого общественное мнение России нас просто не поймет…
— Общественное мнение в России? — удивился мой собеседник.
— А что вас удивляет? Да, мой брат — абсолютный или, как говорят у нас, самодержавный монарх, но это не значит, что у нашего общества нет своего мнения. Как раз напротив, мы все: от потомственных аристократов до последних крестьян, — сейчас сплотились вокруг трона, чтобы дать отпор завоевателям. Таковы уж нравы нашего народа, о которых вам, как французу, следовало бы знать!
— Ну хорошо, вы меня убедили. Тем более, что английское правительство тоже желает мира. Вы верно слышали, что Дизраэли недавно прибыл в Париж и совершенно недвусмысленно высказался в пользу заключения мирного договора.
— Признаться, нет. И ваш брат принял его?
— Ну, конечно. Ведь он личный посланник королевы Виктории. Благодаря вам у британской короны теперь слишком много проблем, а поэтому есть все основания надеяться на успех. Все, что требуется от вас, проявить разумную сдержанность в своих требованиях, и победа у вас в кармане.
— Даже не знаю, друг мой. Если все так, как вы говорите, сейчас вовсе не время проявлять умеренность. Как раз напротив, следует сосредоточиться на возможных прибылях.
— Прибылях? — насторожился, услышав знакомое слово, Морни.
— Шарль, могу я рассчитывать на вашу скромность?
— Конечно!
— Вы слышали про такое место как Порт-Тауфик?
— Не слишком много. Это, кажется, какой-то город на Средиземноморском побережье Египта?
— Все верно. И мы готовы взять его в качестве обеспечения части османской контрибуции.
— Но зачем он ва… постойте. Это же кратчайший путь к Красному морю! Я слышал, в прошлом году Лессепс носился с этой идеей, пытаясь получить разрешения у султана. Но пока не преуспел.
— Забудьте о Лессепсе, Шарль. Как вы вероятно уже поняли, я намерен получить исключительные права на этот участок, чтобы создать впоследствии акционерное общество для постройки канала между Красным и Средиземными морями. Это, помимо всего прочего, позволит сократить расстояние между нашими портами в Европе и Дальним Востоком, а также владениями в Северной Америке.
— Но это же проект на сотни миллионов франков! И он принесет баснословную прибыль! — буквально простонал Морни.
— Не без этого. Кстати, значительную часть акций этого предприятия я планировал размещать как раз во Франции.
— Ни слова больше, Константин! — выпалил Морни. — Три, нет пять процентов акций, и я ваш навеки.
— Мон шер, не вы ли минуту назад призывали меня к умеренности? Столько не будет даже у моего брата, не говоря уж обо мне. Могу предложить полтора, и это принесет вам баснословное состояние.
— Друг мой, вы просто не представляете, насколько дорога жизнь в Париже! А ведь мы с вами аристократы и должны содержать себя прилично нашему положению.
— Не могу не согласиться, как впрочем, и увеличить вашу долю. Хотя… что, если в качестве нашего контрагента в Прекрасной Франции выступите вы?
— Согласен!
— Что ж, прекрасно. Но нам нужен мирный договор!
— Считайте, что он уже подписан.
— И Франция поддержит наши требования к Блистательной Порте?
— По крайней мере, большую их часть!
Что ж, кажется, граф Морни заглотил крючок. В какой-то мере я его понимаю. Такой жирный куш выпадает раз в жизни, и месье Шарль ни за что его не упустит. И что самое интересное, ровно то же самое думает про вашего покорного слугу. Ну и пусть, от меня не убудет. Главное, чтобы все получилось…