[1] Король Ерема — шутливое прозвище вестфальского короля Иеронима Бонапарта (брата Наполеона I и отца принца Плон-Плона) данное ему русскими солдатами во время войны 1812 года.
[2] Константин Николаевич не ошибается. В 1875 году чистая прибыль от канала составила 12 млн, а в 1895-м — уже 55,7 млн франков.
[3] Жан Батист Бартолеми де Лессепс был участником экспедиции Лаперуза.
Глава 20
Не стоит думать, будто во время визита во Францию я занимался только развлечениями и дипломатическими переговорами. Нашлось время и для чисто технических вопросов, включая посещение арсеналов, заводов, верфей и других предприятий. Вот тогда я и смог убедиться, что французы, во-первых, в военно-технической области намного превосходят Россию, а во-вторых… застыли на месте!
К примеру, генералы Наполеона III совершенно проигнорировали весьма эффектный дебют казнозарядных и потому скорострельных винтовок Шарпса. Причинами поражений в Крыму и на Аландах считались неблагоприятные погодные условия, растянутые коммуникации и, конечно же, превосходство противника в живой силе, куда ж без него! Все как обычно, трупами завалили! Мы ж русские по-другому не воюем! Поэтому основным вооружением французской пехоты в ближайшее время останутся дульнозарядные винтовки Тувенена, что меня, впрочем, вполне устраивает.
Дела с артиллерией обстоят несколько лучше. Первая попытка французов сделать казнозарядные пушки ожидаемо провалилась. Уж слишком ненадежными оказались винтовые затворы. Но их инженеры не растерялись и смогли найти способ нарезать старые бронзовые орудия, что позволило им на ближайшее десятилетие обеспечить свою армию достаточно эффективной и при этом не запредельно дорогой артиллерией. Увы, послезнание подсказывает, что это же станет одной из причин оглушительного поражения во Франко-Прусской войне, но это, как говорится, не моя проблема.
Единственным, что действительно заинтересовало наших недавних противников, оказались митральезы. Точнее генералы их тоже с удовольствием бы проигнорировали, но тут вмешался сам император, любивший всякие технические новинки. После чего во французской армии появилась первая экспериментальная батарея, командовал которой молодой капитан Жан-Батист Вершер де Реффи, внесший в конструкцию наших картечниц немало усовершенствований.
— К сожалению, — немного застенчиво улыбнулся он после официального представления, — у меня не было возможности близко познакомиться с устройством вашего орудия. Но льщу себя надеждой, что сумел справиться не хуже вашего высочества.
Надо сказать, что изменения, внесенные французом, пошли на пользу. Уменьшенный до 13 мм калибр позволил увеличить число стволов, при улучшенной баллистике. Плюс готовые патроны, которыми можно было довольно быстро снарядить магазин. Правда, станок оставался тяжелым, что не могло не радовать…
— Поздравляю, месье! — милостиво похлопал изобретателя по плечу. — Вы во всем превзошли меня.
— Благодарю за столь лестную оценку, ваше высочество, — расплылся в улыбке де Реффи. — Но эти митральезы все равно называются вашим именем.
Мы еще некоторое время обменивались любезностями, после чего я пообещал представить своего нового знакомого к российскому ордену. Полагаю, «Станислава» III степени, коим у нас награждают всех подряд, будет достаточно.
Помимо знакомства с французской промышленностью имелась и более прозаическая нужда. Нужно было кое-что заказать для первого черноморского броненосца… Впрочем, обо всем по порядку.
Ещё до войны на Николаевской верфи был заложен линейный корабль 130-пушечного ранга «Цесаревич» [1], который должен был стать одним из первых винтовых кораблей специальной постройки. Увы, машин необходимой мощности наша промышленность ни тогда, ни сейчас не производила, а закупить их за границей банально не успели. Так бы и стоять ему на стапеле, но после гибели союзного флота в нашем распоряжении оказалось немало паровых машин и котлов. Правда, значительная часть всего этого богатства покоилась на дне морском, однако это уже дело техники! Так что, когда Корнилов обратился с просьбой оснастить одним из трофеев строящийся линкор, возражений не последовало.
Однако пока черноморские кораблестроители вели подготовительные работы, случились одно за другим сражения при Моонзунде и Свеаборге, после чего стало ясно, что в военно-морском деле произошла революция и на смену мгновенно устаревшим деревянным судам должны прийти броненосцы. И вот тогда нашим инженерам пришла в голову совершенно безумная, но при этом не лишенная гениальности идея перестроить «Цесаревич» по совершенно новому проекту.