«Бартолемиты заметят его», – отрешенно подумала девушка, и тут кто-то схватил ее за руку. Она подпрыгнула от неожиданности, открыла глаза и увидела перед собой Мируэ.
– Отличный портал, – прошептал агент, его глаза горели, как у рыси. – Сейчас они будут здесь! Будьте готовы! Берите ее за руку!
Комиссар Скотт взял Марию за другую руку и с некоторым беспокойством взглянул на мерцающий в воздухе овал.
– А он точно достаточно безопасен, чтобы…
Мируэ щелкнул пальцами, и щит перед входом исчез. В пещеру ворвались бартолемиты. Мария едва успела увидеть их лица, мокрые от дождя, и бросилась в портал, крепко сжимая руки своих спутников. Последнее, что она слышала, – громкие крики и оглушительный грохот камней.
Портал, как всегда, обдал ее холодом. Путь был коротким – от пещеры к кромке скал над ущельем, и Мария не успела замерзнуть. Они стремительно проскользили по зеркальной тропе, в густой синеве, полной звезд, и портал снова открылся. Их выбросило на плоскогорье, которое поднималось над ущельем Рашли. Далеко внизу шумела река. Дождь и ветер уже прекратились.
Мария осторожно подошла к краю и посмотрела вниз. В ущелье никого не было, а вход в пещеру плотно завалило камнями.
Черный Проводник возник рядом с девушкой. Он завис над ущельем, опустив голову в капюшоне, и печаль призрака была так сильна, что Мария смущенно пробормотала «Простите» и отошла в сторону.
Тучи над ущельем Рашли почти рассеялись, но уже смеркалось – осенью темнело рано, солнце клонилось к закату и, словно на прощание, сияло, как горячее красное золото. Девушка устало села на камень и опустила голову на руки. Ей все еще было не по себе, и она была не уверена, что сможет уснуть сегодня ночью.
– Мисс? – Над ней склонился комиссар. – Вам не стоит сидеть на холодном. Вот, возьмите. – Он протянул ей плащ, и Мария закуталась в него с головы до ног.
– Вы неплохо справились, – сказал Мируэ. – Благодарю.
– Я никогда не убивала людей, – сухо ответила мисс Эстевес.
– Вы никого не убивали, – тут же возразил Скотт. – Мы справились сами.
– И никогда не помогала другим в убийстве.
– Это бартолемиты, – пожал плечами Мируэ. – Если вас это утешит, то они бы с нами тоже не церемонились.
– А до того по их вине погибло почти тридцать человек. Так что, мисс, жалеть стоит лишь о том, что они не дошли до суда.
Мария тихо шмыгнула носом. Тот, кто ворвался в пещеру первым, был совсем молод – едва ли старше нее.
– Но вернемся к нашей проблеме, – деловито сказал Шарль. – Где флакон?
Скотт извлек его из жилетного кармана и бережно опустил на ладонь агента. Призрак тут же появился рядом.
– Вот что удерживает Проводника здесь. – Мируэ поднял флакон и посмотрел зеленое стекло на просвет. Внутри плескалась некая прозрачная жидкость, похожая на масло по консистенции. – Не пещера, не храм, а этот эликсир. Вот за чем охотился Мальтрезе.
– Вы знаете, что это? – полюбопытствовал комиссар.
– Да.
– Откуда?
– Истинный взор показывает суть вещей. С этим нелегко жить. – Мируэ перевел взгляд на Скотта. – Всегда видеть мир таким, каков он есть, – это довольно беспощадно… для того, кто видит.
Черный Проводник вдруг коснулся флакона посохом. Несколько секунд призрак и Мируэ смотрели друг на друга, а потом агент спросил:
– Ты действительно этого хочешь?
Призрак кивнул.
– Обратного пути не будет. Это навсегда.
Проводник пожал плечами.
– О чем он вас спрашивает? – заволновался Скотт.
– Ну ладно, – помедлив, сказал Мируэ, швырнул флакон оземь и ударил по нему каблуком. Осколки и брызги веером разлетелись в стороны. Комиссар и Мария подпрыгнули от неожиданности, а девушка пронзительно крикнула:
– Вы что делаете?! Это же улика!
– In ignis, – шепнул Шарль. Над осколками и остатками жидкости заплясало пламя. – Прощай, Агерн из Рашли.
Призрак вздохнул, расправил плечи и поднял голову к темнеющему, но еще ясному небу. Ветер всколыхнул черные одеяния Проводника, посох растаял, капюшон упал на плечи. Черный плащ рассеялся, как туман, и яркий, почти золотой закатный свет на миг заиграл на белом платье и озарил лицо прекрасной высокой женщины – бледной, голубоглазой, с длинными черными волосами. Она улыбнулась, подняла руку и помахала на прощание, а потом растаяла в сиянии закатного солнца.
– О господи, – пролепетал комиссар. – Это что… это что же это…
– Это ваш Черный Проводник, – сказал Мируэ. – Понятия не имею, с чего вы решили, что он был мужчиной.
– Вы узнали, кто она? – спросила Мария.