Избранные места
Из главы 4:
«…прискорбнейшие события, имевшие место с 12 по 26 октября 1840 года на спичечном заводе „Эллисон“ в Каттелорне, принято считать отправной точкой, началом, причиной и одновременно поводом для вспыхнувшего уже в январе 1841 года бунта; однако я не разделяю столь ограниченной точки зрения, ибо исторические явления такого масштаба не могут иметь своим источником лишь одну причину, тем более такую ничтожную…»
«По словам глубокоуважаемого мистера Эллисона, с которым я имел честь быть знакомым лично, хотя мистер Эллисон уже достиг весьма преклонного возраста в то время, его старший сын заключил ряд выгодных договоров о поставках сырья для спичек белого фосфора, что позволило бы значительно увеличить экспорт практически во все страны, сделав империю монополистом в этом вопросе. Однако это требовало перехода всех заводов на более интенсивный режим работы, каковые указания были с радостью и почтением приняты всеми рабочими заводов мистера Эллисона, за исключением риадцев, славящихся, впрочем, своей ленью…»
«Мы полностью исключаем как злонамеренную клевету версию о том, что дейрская полиция и гарнизон в Каттелорне принялись расстреливать протестующих как около завода, так и на его территории, ибо, как известно, полиция и армия его королевского величества чтят закон и хранят покой мирных жителей под флагом империи, где бы он ни развевался. Однако как утверждают свидетели, в том числе старший сын досточтимого мистера Эллисона, рабочие спичечного завода, забывшись и проявив дерзость необыкновенную, сбросили в грязь флаг Дейра с нашим святым крестом, что, несомненно, стало причиной столь решительных ответных действий со стороны капитана Шеффилда, командующего гарнизоном армии его королевского величества в Каттелорне, и сэра Уитмора, майора полиции его королевского величества…»
Из главы 5:
«К плачевным последствиям привели они и для нашей армии и флота, где, милостью его королевского величества, служили солдаты и офицеры риадского происхождения. Как отмечал полковник Клиффорд, граф Экстон, с коим я имел честь беседовать лично о событиях тех лет, каковые события граф помнит превосходно, несмотря на свои девяносто три года…»
«…уже к марту 1841 года дезертирство риадских солдат и офицеров приняло массовый характер. Особенно печальны цифры, которые граф любезно сообщил мне относительно потерь гарнизонов в колониях: так, мазандранские гарнизоны лишились более 15 тысяч человек. В сентябре 1841 года в Ночь Костров тысячи кораблей с дезертирами уже прибыли во все порты Риады, где эти люди приняли участие в поистине варварской акции: массовом сожжении мундиров армии его королевского величества, с презрением отвергнув величайшую честь, им оказанную, – носить мундиры, овеянные славой множества побед империи под сенью нашего флага…»
«Печальнейшее событие – смерть выдающегося генерала Шермана, одного из лучших, не побоюсь этого слова, полководцев армии его королевского величества, – стала причиной поражения нашей славной армии в битве за Блэкуит. Сражение, развернувшееся в ночь с 23 на 24 декабря 1841 года, призванное принести победу к Рождеству и переломить ход войны, завершилось поистине беспрецедентным разгромом. Потери среди личного состава и, что еще хуже, захват мятежниками лучшей артиллерии в армии его королевского величества подробно описаны в депешах, высланных лорду-командующему. Приведу суммарные цифры потерь…»
Из главы 6:
«…как и всякий, кто намеревался оказать малейшую помощь восставшим, с дерзновением объявившим свой бунт против устоев общества и власти его королевского величества „освободительной войной“. Увы, несмотря на несколько последующих побед, несмотря на то что Бресвейн почти до последнего дня войны оставалась под защитой флота его королевского величества, к концу 1842 года две трети территории Риады были охвачены огнем восстания. С печалью я привожу слова дорогого друга моего отца, мистера Эдгара Шеридана, семья которого с трудом и великим риском спаслась из Блэкуита…»