— Мало! Неудовлетворительно! Убого!
Рейт высокомерно сказал:
— По всей видимости, вы мне не доверяете. Это совершенно не располагает меня для того, чтобы доверять вам. Но вы рискуете лишь одним-двумя часами вашего времени, тогда как я выкладываю на бочку тысячи секвинов.
Вудивер обратился к Артило:
— Что бы ты сделал в такой ситуации?
— Я бы убрал руки из этого мерзкого дела.
Вудивер снова обернулся к Рейту и широко развел руками.
— Вы все слышали.
Рейт быстро пододвинул к себе лежащие на столе тысячу секвинов.
— Тогда, всего хорошего Знакомство с вами доставило мне большое удовольствие.
Ни Вудивер, ни Артило даже не пошевелились.
Рейт, Анахо и Трез общественным транспортом вернулись в гостиницу.
На следующий день в «Старом Императорском Дворе» появился Артило.
— Аила Вудивер хочет вас видеть.
— Зачем?
— Он достал старый корпус, который уже стоит в помещении склада. Группа рабочих разбирает его и чистит. Он хочет получить деньги. Что же еще?
Глава 13
Корпус был в удовлетворительном состоянии и имел требуемые размеры. Состояние металла тоже было подходящим. Смотровые иллюминаторы показались слишком темными и покрытыми пятнами, но зато были хорошо укреплены и уплотнены.
Пока Рейт обследовал корпус, Вудивер стоял рядом и на его лице присутствовало выражение кроткого терпения. Создавалось впечатление, что он каждый день надевал новые экстравагантные одеяния; сегодня он красовался в черно-желтом костюме и черной шляпе с ярко-красным пучком перьев. Заколка, поддерживающая его плащ, состояла из серебряного и черного овала, разделенного вдоль оси на две половины. На одной стороне было стилизованное изображение головы дирдира, на другой — изображение человеческой головы. Вудивер заметил взгляд Рейта и кивнул с тяжелым вздохом;
— Вы никогда не увидели бы этого у меня, если бы мой отец не был Безупречным…
— Действительно? А мать?
Рот Вудивера задрожал.
— Дама с севера.
Из смотрового люка высунулся Артило и зловредно произнес:
— Шлюха из таверны из племени тангов с примесью крови болотных людей.
Вудивер вздохнул:
— В присутствии Артило романтический самообман невозможен. Могло так случиться, что здесь стоял бы дирдир-человек из Безупречных Аила Вудивер фиолетового ранга вместо Аилы Вудивера, торговца песком и щебнем, а также храброго поборника безнадежных вещей — не попади я по случайному стечению обстоятельств не в тот живот.
— Нелогично, — проворчал Анахо. — Честно говоря, даже невероятно. Ни один из тысяч Безупречных не посмеет нарушить традиционных предписаний.
После этих слов лицо Вудивера залилось необычной пурпурной краской. Удивительно быстро он отвернулся и растопырил толстые пальцы.
— Это кто осмеливается здесь рассуждать о логике и правдоподобности? Изменник Анке ат афрам Анахо! Кто носил Синее и Розовое, не подвергая себя унижениям и бедности? Кто исчез одновременно с Превосходительством Азарвимом иссит Дардо , которого с тех пор так никто и не видел? Гордый дирдир-человек этот Анке ат афрам!
— Я больше не рассматриваю себя, как дирдир-человека, — спокойно сказал Анахо. — У меня действительно нет никакой ностальгии по Синему и Розовому, никакой тоски по привилегиям моего класса.
— В таком случае воздержись, пожалуйста, по возможности, от комментариев о принудительном положении человека, для которого по несчастливому стечению обстоятельств остается недоступной его настоящая каста.
Хоть Анахо и кипел от злости, он счел разумным в этой ситуации промолчать. Было видно, что Аила Вудивер не сидел без дела, и Рейт задавал себе вопрос, насколько далеко простирались его исследования.
Постепенно Вудивер снова овладел собой. Рот его дрожал, щеки надувались и снова втягивались внутрь. Он ехидно произнес:
— Относительно оплачиваемых вещей. Что вы скажете по поводу этого корпуса?
— Подходящий, — похвалил Рейт. — Из утиля мы не рассчитывали взять ничего лучшего.
— Я придерживаюсь такого же мнения, — констатировал Вудивер. — Следующая фаза будет, конечно, несколько сложнее. Мой друг в космопорте ни в коем случае не желает приземлиться в Стеклянном Доме, так же, как, впрочем, и я. Но соответствующее количество секвинов творит чудеса. Вот мы постепенно и подошли к теме денег. Мои расходы по корпусу составили восемьсот девяносто секвинов, что на мой взгляд, является приемлемой ценой. Стоимость транспортировки триста секвинов. Аренда за один месяц — тысяча секвинов. Общая сумма: две тысячи сто девяносто секвинов. Мои комиссионные представляются мне в размере десяти процентов или двести девятнадцать секвинов, что в результате составит две тысячи четыреста девять секвинов.
— Стоп, стоп! — воскликнул Рейт. — Не тысяча секвинов в месяц, а тысяча секвинов за три месяца — так звучало мое предложение.
— Это слишком мало.
— Пятьсот и ни геллера больше. Что же касается ваших комиссионных, то давайте мыслить здраво. Вы с выигрышем для себя организовали перевозку, а я еще плачу и за ваш склад слишком высокую аренду. Поэтому я не вижу причин платить за эти услуги дополнительные десять процентов.