— Хм-м… Постарайся сделать так, чтобы он хорошо провел с тобой время, девочка. Мужчины совсем не настолько просты, как пытаются нам показать, но в одном можешь даже не сомневаться – при помощи определенной части тела ими довольно легко управлять. Ну, если, конечно, ты умеешь это делать, – рассмеялась Фрия. – Наверное, сейчас такого и не скажешь, но когда-то мне удалось разбить немало сердец.
— Я изучала кое-какие образовательные материалы в целях… повышения квалификации, – призналась Синдер.
— О, весьма дальновидно с твоей стороны.
— Приходится думать наперед. Нео – это которая представляет моим планам наибольшую угрозу – невероятно гибкая. Мне с ней в этом точно не тягаться. Могу себе представить, что она вытворяет в постели.
Фрия заметила, как щеки Синдер немного покраснели.
— Но у меня есть и свои козыри, – продолжила та, внезапно наклонившись к кровати. – Скажи, силы девы… они…
Фрия ее прекрасно поняла и тоже непроизвольно подалась вперед.
— Два слова, девочка: контроль температуры. На твоей коже может плавиться лед, а когда человек мерзнет, то он сам тянется к источнику тепла. Да и те, кто считают Зиму холодной и суровой, просто забывают об удовольствии, которое приносят теплая шкура и жаркое пламя костра. Растопи у него на груди кубик льда, а затем слижи получившуюся воду.
— Еще какие-нибудь советы?..
О, их у нее имелось очень и очень много, как, впрочем, и различных историй. В конце концов, пусть жизнь девы и предполагала одиночество, но Фрия была сильной, красивой и молодой, а потому не собиралась проводить ее где-нибудь в глухих лесах. Бесконечные путешествия из поселения в поселение означали возможность встретиться с новыми людьми, поговорить, выпить, посмеяться и иногда заняться любовью.
В общем, опыта в данном вопросе Фрии и вправду было не занимать.
Синдер не стеснялась делать заметки в блокноте, а затем и вовсе ухватилась за свиток и начала что-то быстро на нем печатать. Фрия не возражала, с радостью делясь с ней своей мудростью.
— Кажется, мы немного отвлеклись, – через некоторое время сказала Синдер.
“Немного?”
Последнюю пару минут они рассматривали фотографии объекта ее интереса и пытались угадать по ним точные размеры его мужского достоинства. К тому же всё это следовало называть вовсе не каким-то там “отвлечением”, а “небольшим перерывом на отдых”.
Разумеется, Синдер не являлась хоть сколько-нибудь хорошим человеком, но с ней было довольно весело общаться. Та же Винтер никогда и ни за что не поддержала бы разговор на подобную тему.
— А сейчас ты скажешь, что тебе нужны мои силы, чтобы его впечатлить, верно?
— Нет. Если бы мне понадобились такие средства, чтобы произвести на Жона должное впечатление, то я первой бы признала себя полной неудачницей, ничего не способной добиться собственным умом.
Похоже, гордость она до сих пор так и не утратила.
— Да, я бы не отказалась получить эту мощь… но вовсе не из-за Жона или потому, что она требуется, к примеру, для спасения моей жизни. Просто я являюсь наиболее подходящей кандидатурой. И всегда ей была. Именно по этой причине Салем когда-то меня отыскала. Но знаешь, что я ненавижу больше всего? Всю жизнь за меня кто-то решал – выслушивая или игнорируя мое собственное мнение. Я мечтала обрести достаточную силу, чтобы ничего подобного никогда не повторилось. И однажды такой момент настал – способности девы Осени оказались у меня в руках.
Синдер тяжело вздохнула.
— Я была могущественной и счастливой… А потом эти силы у меня отобрали, – продолжила она, стиснув кулаки. – И я хочу их вернуть! Ну, или получить взамен нечто равноценное.
“Эгоистка с манией величия…”
Но Фрия прекрасно понимала, что таких людей контролировать было ничуть не сложнее, чем идеалистов. Синдер жаждала обрести могущество, и тут имелось целых два варианта.
Первый заключался в том, чтобы не давать ей желаемое. Но тогда следовало заранее смириться с возможным предательством, если кто-то предложит Синдер достойную альтернативу. Да и попытку украсть столь притягательную для нее мощь исключать тоже не стоило.
В общем, проблем здесь хватало.
Второй вариант состоял в том, чтобы отдать силы Синдер и тем самым обрести ее верность. Нет, не из-за какой-то там мифической благодарности. Просто Синдер после этого некуда будет бежать, поскольку Салем еще сильнее захочет ее убить.
— И в качестве бонуса: я уже знаю, как ими пользоваться, – тем временем завершила свою речь Синдер.
— Хм… Да, верно. Винтер понадобятся недели или даже месяцы на то, чтобы овладеть подобным мастерством, а у тебя имеется соответствующий опыт. Уникальная ситуация, должна признать. Не припоминаю никаких историй о “бывших девах”. Но у меня есть еще один вопрос, моя дорогая. Как бы ты поступила, если бы я сказала, что уже решила передать их Винтер?
— Просто бы ушла, – пожала плечами Синдер.
— Правда? Даже не попыталась бы меня убить?
— В этом не было бы абсолютно никакого смысла. Кроме того, твоя смерть насторожила бы Винтер, а то и еще хуже – она бы потеряла контроль над силами девы, погибла бы в битве, и они бы в итоге попали неизвестно к кому, когда нужны нам прямо здесь и сейчас.
Разумеется, это было правдой, но совсем не соответствовало тому, что Фрия знала о мотивах Синдер.
— И всё? – спросила она.
— Ну, я бы отправилась к Жону и рассказала, что убедила тебя передать силы девы пораньше, пусть и не мне. Винтер всё равно станет их использовать в наших интересах, а у тебя они сейчас лежат мертвым грузом.
— Как насчет заверений в том, что ты “никого не хотела обидеть”? – поинтересовалась Фрия.
Само собой, бесцеремонная Синдер и не подумала перед ней извиняться.
— Ладно. Итак, даже в случае неудачи ты вывернула бы историю так, словно добилась определенного успеха, да еще и получила бы с этого кое-какие бонусы, правильно?
— Конечно. Разве я не рассказывала тебе о том, какой являюсь на самом деле?
— Рассказывала. Таких эгоисток, как ты, еще нужно поискать. А вот подобного коварства я от тебя, признаться, не ожидала.
— Да ну? Не я ли прокралась сюда, чтобы умыкнуть силы девы Зимы прямо из-под носа Айронвуда? Да и о предыдущих моих достижениях тебе отлично известно.
Фрия рассмеялась.
— Ладно, тут ты меня подловила.
Пожалуй, коварство и прагматизм в их положении действительно бы не помешали. В конце концов, кроме Винтер и Синдер, Фрия раздумывала лишь над кандидатурой Пенни, но и здесь у нее имелись некоторые сомнения.
Окажется ли Пенни достаточно разумной, чтобы не дать собой манипулировать? Мог ли Атлас взять ее под свой контроль, используя механизмы тела? Да и не сочтет ли Пенни собственную жизнь гораздо менее ценной, чем благополучие друзей, пожертвовав собой и тем самым отправив силы девы неизвестно куда?
Слишком много вопросов без каких-либо внятных ответов крутилось в голове у Фрии. Она всю свою долгую жизнь тащила это бремя и вряд ли простит себя, если под самый конец не сумеет подобрать достойную наследницу.
Пенни с Винтер имели правильный настрой, но ни у одной из них не было понимания – такого, как у Синдер. Ум, хитрость и жажда могущества надежно защитят силы девы от любых загребущих рук. Если она не использует их во зло, то волноваться Фрии было не о чем.
“Но это целиком и полностью зависит от Жона Арка, не так ли? Впрочем, у Винтер есть Айронвуд, а Пенни сделает абсолютно всё, о чем попросит ее ‘отец’…”
Все три кандидатки изначально находились под чужим влиянием, но только Синдер была достаточно сильной и опытной, чтобы отказать своему покровителю. Ну, и еще она прежде всего думала именно о себе, а уже потом о чужих приказах.
— Я приняла решение.
— И?..
— Возвращайся на поле боя, – сказала Фрия. – Я обещала последний раз поговорить с Винтер, но силы девы уйдут не ей. Воспользуйся ими с умом, Синдер. И помни, что если ты вновь перейдешь на сторону Салем, то горько об этом пожалеешь.
— Такой путь для меня уже закрыт, – покачала она головой, а затем поднялась со стула. – Мой единственный шанс на выживание заключается в ее поражении, и к этому делу я намерена подойти со всей серьезностью, пусть даже перспектива сражения с ней не вызывает у меня ни малейшего энтузиазма.