— Теперь вы видите, почему я ушла? – спросила Рейвен. – Этот, с позволения сказать, “человек” вел нас в бой против Салем, прекрасно понимая, что ее не удастся победить – только немного задержать. Он просто посылал доверившихся ему людей на верную смерть.
— Ее возможно победить! – с жаром возразила Глинда.
— Победить… – пробормотал Барт. – Да, превзойти. Обыграть.
Он задумчиво постучал пальцем по своей кружке.
— Если убрать из уравнения необходимость убить Салем, то ее возможно победить, – добавил Барт. – Поставить себе какие-нибудь другие задачи и одержать техническую победу…
— Ага. А после этого она покачает головой и уползет обратно в свое логово, да? – проворчала Рейвен. – Ее целью является уничтожение Вейла. Даже если мы перебьем всех Гриммов и тех людей, которые на нее работают, она всё равно придет сюда еще раз. А потом снова и снова. У нас не получится взять город и переместить в недоступное для нее место, как взрослые делают со сладостями, когда дети пытаются их утащить.
— Не получится, – задумчиво пробормотал Жон. – Но мы можем переместить саму Салем…
— Ха, – рассмеялся Питер. – Перебьем Гриммов, а когда она придет, то накинем на нее сеть и позволим Атласу выбросить сверток куда-нибудь в центр океана.
— Выплывет, – покачала головой Синдер.
— Тогда мы повторим операцию. А потом еще раз и еще. Возможно, Салем и не утонет, но вряд ли у нее выйдет уничтожить Вейл, если в ближайшую тысячу лет она станет барахтаться в океане.
— В полном Гриммов океане. И сколько раз Салем позволит так с собой поступить, никого при этом не убив? Кто вообще возьмет на себя выполнение столь неблагодарной работы?
— Нет, Питер прав, – произнес Жон, заставив всех замолчать. – Не в конкретных деталях его идеи, а в том, что пытается придумать необычный способ решения проблемы. Мы не можем убить Салем. Как и сказала Рейвен, тут бессмысленно даже пытаться. Но если изменить нашу цель, то победа становится вполне достижимой. Как насчет взятия ее в плен?
— А насколько она сильная? – спросил Айронвуд, посмотрев на Озпина и Синдер. – Я имею в виду личную силу.
— В наше время Салем никогда не интересовалась воинскими искусствами, – ответил Озпин. – Она была лишь правительницей – умной и харизматичной. Салем с легкостью могла понять, что тревожило того или иного человека, а затем убедить его использовать тот способ решения проблемы, который был нужен ей. Она запросто прекращала споры среди знати и превращала врагов в своих союзников. Но ведение войн Салем всегда оставляла мне.
— Ни разу не видела, чтобы она сражалась лично, – добавила Синдер. – Салем либо использовала Гриммов, либо приказывала нам. Хотя я ничуть не сомневаюсь в том, что соответствующие навыки у нее имеются. Должна же она была на что-то тратить свое свободное время.
— А разве у Салем нет магии? – поинтересовался Тайянг.
— Есть, – пожал плечами Озпин. – Но когда я создавал дев, то использовал не только свои силы, и Салем от этого тоже несколько ослабла. Не до такой степени, чтобы не суметь себя защитить, но и назвать ее непобедимой язык не поворачивается. Она бессмертна, но шанс на какое-то время лишить ее свободы у нас имеется.
— Честно говоря, хватит уже ходить вокруг и около, – подал голос Роман, поднявшись со своего места. – Давайте лучше разберем типичные вопросы бессмертия. Что произойдет, если ей отрубить голову? Эту самую голову вообще получится отрубить? У Салем течет кровь? Чувствует ли она боль? Если ее рассечь пополам, то в новое тело вырастет одна часть или сразу обе?
— Ну… – через некоторое время протянул Озпин, явно еще не до конца оправившийся от града довольно странных вопросов. – Боль Салем точно чувствует. Один раз мне удалось ее задеть, и кровь тогда пошла, но рана неестественно быстро затянулась. О том, чтобы она теряла конечности, я никогда не слышал, хотя могу предположить, что они моментально прирастут, если приставить их к нужному месту. Понятия не имею, что произойдет, если рассечь ее пополам, но сомневаюсь, что мы получим две Салем.
— Ага, ее можно ранить! – воскликнул Роман. – Пусть повреждения сразу же исчезнут, но они все-таки появятся. Вполне вероятно, что Салем не будет регенерировать, если что-то помешает совместить отрубленные части.
— Похоже, ты имеешь в виду некую ловушку, – произнес Айронвуд, задумчиво потерев подбородок. – Гигантское лезвие, которое отрежет конечности или разрубит ее на куски, отделив их собой друг от друга. Что-то вроде гильотины.
— Тогда можно будет засунуть голову в бронированный контейнер, а тело в еще один, – сказала Винтер, испытывая возбуждение от весьма перспективной идеи и в то же самое время отвращение к своим собственным словам. – В теории ничто не помешает нам этот процесс повторить столько раз, сколько понадобится для достижения нужного результата.
— Мы всерьез обсуждаем то, как получше разделать женщину на части, чтобы потом разбросать их по всему Ремнанту? – уточнил Гира.
— Да, – кивнул Жон, после чего написал на доске: “Выпотрошить и четвертовать”. Затем он нарисовал рядом недовольную рожицу в бронированном ящике, поскольку его почерк за прошедшие несколько минут ничуть не улучшился. – Итак, первый способ одержать победу над бессмертным противником у нас есть. Видишь, Рейвен? Мы адаптируемся.
Она лишь хмыкнула, так ничего и не ответив. Но судя по тому, что Жон о ней знал, это был практически комплимент.
Впрочем, придуманные идеи еще следовало воплотить в жизнь. С другой стороны, всегда оставался вариант перебить всех Гриммов, а уже потом заниматься Салем.
— Еще какие-то мысли у кого-нибудь будут? Давайте, народ. Тут собрались самые светлые умы Ремнанта, не считая одного идиота. Думайте.
— Ха, – ухмыльнулся Тайянг, указав на Рейвен. – Это он о тебе говорит.
— Идиот здесь только ты, идиот.
“Вообще-то, я имел в виду себя, но, похоже, мое утверждение не соответствует действительности. Здесь собрались самые светлые умы Ремнанта, один везучий мошенник и два полных придурка”.
— Оторвать ей конечности направленными взрывами, – произнес Айронвуд, начавший проявлять куда больше интереса к теме обсуждения после озвучивания первой идеи. – Возможно, Боги и сделали так, что Салем переживет любое количество взрывчатки, но ее тело всё равно разорвет на куски. Пусть временно, но мы успеем их собрать.
Жон нарисовал круглую бомбу с фитилем – одну из тех, которые обычно изображали в мультфильмах.
— Или мы можем просто продолжать применять взрывчатку с огнеметами до тех пор, пока она не превратится в пепел, – сказала Винтер. – А еще если пламя будет достаточно сильным, то выжжет весь кислород. Ей вообще требуется дышать?
Синдер явно никогда не задумывалась над подобным вопросом.
— Хм… Я точно видела, что грудь Салем подымалась и опускалась, когда она говорила. Но для речи ведь нужен воздух, верно? Или это просто привычка? Есть шанс, что Салем потеряет сознание от его недостатка, но не умрет.
— Будем иметь в виду, – кивнул Жон, нарисовав язык пламени и подписав рядом: “О2”.
— Имеются и другие способы лишить кого-нибудь сознания, – заметил Питер. – У моей девушки есть целая коллекция различных препаратов.
Половина присутствующих нервно на него покосилась.
— Он встречается с врачом, – сказала Глинда. – Всё в порядке.
— Он с кем-то встречается? – не слишком-то и тихим шепотом переспросила Рейвен. – Как ему это удалось?
— Личное обаяние, моя дорогая, – ответил ей Питер. – Но ты можешь попробовать испытать его на себе.
Жон с трудом удержался от улыбки, в то время как Тайянг задрал голову и громко расхохотался.
Рейвен решила просто промолчать.