— Вот и хорошо.
— Но и факт того, что Озпину понадобились именно они, мы тоже не имеем права игнорировать.
— Возможно, в отличие от него, нам в данном деле что-то не известно? — предположила Глинда.
— Возможно, — согласился с ней Жон. В конце концов, он действительно знал обо всем этом крайне мало. — Но если бы Озпин просто объяснил свои мотивы, и они оказались бы достаточно разумными, то я сделал бы всё, что от меня зависит, для того, чтобы ему помочь. Уверен, что остальные поступили бы точно так же.
— Конечно.
— Вот здесь-то и заключается проблема. Мы все находимся на одной стороне. Осталось только привязать Озпина к стулу и заставить осознать, что его сотрудничество с нами пойдет на благо всему Вейлу.
И само собой, первым данным "благом" воспользуется именно Жон, но об этом упоминать явно не стоило. Озпин должен был освободить его от проклятой должности директора Бикона.
— Скоро, старый ублюдок. Очень скоро...
— Жон?..
— Кхем. Нет, ничего.
Глинда слегка приподняла бровь, но спорить с ним всё же не стала.
— Наверное, ты прав, — сказала она. — Вряд ли мы так уж сильно поломаем планы Озпина, если попросим его чуть больше нам доверять. Я до сих пор не понимаю, почему он сразу не вернулся сюда. Его же собственная жизнь стала бы гораздо проще, если бы Озпин воспользовался имеющимися в нашем распоряжении ресурсами.
— И кофе.
— Жон, я испытываю серьезные сомнения в том, что он начнет силой заставлять пятнадцатилетнего подростка пить кофе.
— Желаешь поспорить?
— Нет, не желаю.
И это оказался весьма мудрый выбор с ее стороны.
— Лучше скажи мне, — произнесла Глинда, присев на краешек его стола. — Ты и в самом деле настолько сильно ненавидишь должность директора? Разве она оказалась так уж плоха?
— Нет...
— Тогда почему ты спешишь перевалить все обязанности на Озпина?
"А действительно, почему?"
Жон откинулся на спинку кресла и задумался.
— Потому что я боюсь.
— Синдер?
— Нет. То есть да, но... не она тут является основной причиной.
Честно говоря, не бояться Синдер после всего того, что она совершила, мог лишь полный идиот. Но если так рассуждать, то куда больший страх должна была вызывать Салем, которая контролировала как Синдер, так и Гриммов.
Это оказались весьма логичные рассуждения, за которые вряд ли бы кто-либо стал его винить, но загвоздка заключалась совсем в другом.
— Я боюсь всё испортить. Каждый день возникает какая-нибудь новая проблема: Совет Вейла, Айронвуд, Гриммы или те же Големы. Приходится посылать студентов на задания и с ужасом ждать докладов о полученных ими ранах, — вздохнул Жон. — А еще больший ужас вызывает одна мысль о том, что когда-нибудь придет известие об их гибели.
Глинда положила ладонь ему на плечо.
— И тогда потребуется сообщить о произошедшем их родителям, верно? Придется смотреть, как те будут плакать и обвинять во всем меня. Обоснованно обвинять. Знаю, что это весьма эгоистично, но моя вероятная ошибка пугает куда больше, чем их возможная смерть. Нам всем отлично известно, что в подобных делах я вообще не разбираюсь. Мне удается... просто плыть по течению, изо всех сил стараясь сделать так, чтобы наш корабль окончательно не утонул. Но рано или поздно мы всё равно либо перевернемся, либо налетим на риф, либо сядем на мель.
— Не обязательно, — возразила Глинда, придвинувшись немного поближе к нему. — Ситуация постепенно стабилизируется. Мы получили деньги от ПКШ и от затеи с наемниками. Знаю, что никогда ее не одобряла, но свои плоды она все-таки приносит. Никто не вправе отрицать того, что уже было достигнуто.
— Но всё могло и не сработать, если бы, например, Жак оскорбился из-за той моей драки с Айронвудом, или кто-нибудь из студентов не вернулся со своего задания.
— Такого ведь не произошло.
— Но вполне могло произойти, — ответил Жон, позволив на секунду проявиться в направленном на Глинду взгляде всему тому страху, который он старательно пытался задавить. — Понимаю, что это звучит глупо, но я просто не способен не думать о том, как всё могло бы быть. Мне повезло. В который уже раз. Но что случится, когда мое везение закончится?
У Глинды явно не имелось никакого ответа на его вопрос. Впрочем, это и не требовалось. Жон и без нее прекрасно понимал, что когда нечто такое произойдет, то ему придется столкнуться с последствиями. И он встретится с ними лицом к лицу, поскольку его студенты меньшего не заслуживали.
С другой стороны, всё это вовсе не означало, что Жон не имел права бояться.