Жон посмотрел на нее.
— Ты и в самом деле уверена в том, что всё пройдет настолько гладко?
— Не вижу ни единой причины считать как-то иначе. Далеко не каждая миссия обязана сопровождаться какими-либо осложнениями.
Глинда согласилась разговаривать с ним лишь на эту тему.
Жон вздохнул, почесал затылок и припомнил просьбу Питера помириться с ней, устроив "романтическую прогулку". Но где здесь следовало искать эту самую романтику, если за их спинами стояла команда RVNN, а Нора ворковала над Невермором Нео, пока та ласково поглаживала его перья?
Место для разговора по душам оказалось далеко не из лучших. Впрочем, разве у него имелись какие-либо другие варианты?
— Ты всё еще на меня злишься?
Да, вопрос был на редкость тупым, и Жон это прекрасно понимал. Ему бы хотелось схватить сорвавшиеся с губ слова и затолкать их себе поглубже в глотку. Судя по взгляду Глинды, ей совсем не понравилась то ли использованная им формулировка, то ли намек на то, что она могла устроить сцену прямо напротив их студентов, несмотря на весь свой профессионализм.
— Извини. Забудь то, что я сейчас сказал.
— Как пожелаете, директор.
"Ох..."
— Просто... — пробормотал он, прикусив губу. — Извини, что тогда в медпункте отодвинул тебя в сторону, решив всё сделать по-своему. Надо было сначала поговорить с тобой наедине.
— Надо было, — согласилась с ним Глинда, наконец посмотрев на Жона. — Я понимаю, что ты беспокоишься о студентах. Тут я испытываю точно такие же чувства. Но тебе следует научиться держать дистанцию между собой и ними. Директор Академии Бикон — это не просто человек, но символ — своего рода идеал Охотника. Его репутация важнее, чем то, что существует в реальности. И данное утверждение особенно верно в наше опасное время.
— Знаю, но-...
— Если ты и в самом деле знаешь, то на практике свое знание никак не используешь. Взгляни, к примеру, на свои отношения с командами RWBY и RVNN. Мисс Никос не стесняется спорить с тобой при посторонних, мисс Сяо-Лонг регулярно флиртует, а мисс Белладонна воспользовалась собственным положением для того, чтобы сообщить секретную информацию своей команде, а затем еще и подделать документы. И они так поступают лишь потому, что чувствуют себя рядом с тобой излишне свободно.
Жон поморщился.
— Ты говоришь так, словно это плохо.
— Подобное положение вещей было бы допустимо, если бы ты являлся обычным преподавателем, но никак не директором. Мисс Никос не просто начала с тобой спорить. Она доказала собственную правоту тем, что в итоге получила желаемое. Я вовсе не утверждаю, что принятое тобой решение неверно, но она — студентка, а ты — директор. Твое слово обязано быть законом как для нее, так и для всех остальных. Отдавай приказы, объясняй их, если понадобится, и держи мисс Никос подальше от опасности.
Жон вздрогнул.
Он понимал, что Глинда имела в виду его желание быть популярным, завести себе друзей и вообще сохранять со всеми хорошие отношения, чтобы оказалось не так тяжело с ними общаться.
— Ты не можешь угодить абсолютно всем, Жон. Пытаясь так поступать, ты будешь лишь зря распылять свои силы.
— Я... прости.
Выражение ее лица немного смягчилось.
— Ты тоже меня прости, — произнесла Глинда. — Я довольно часто веду себя не слишком-то и профессионально, особенно рядом с Торчвиком. У меня и в мыслях не было пытаться тебя оскорбить, Жон. Пойми, что я просто пытаюсь дать тебе совет. Пусть видеть подобные отношение между преподавателем и студентами весьма приятно, но всему существует свой предел, и директор должен являться непререкаемым авторитетом в собственной школе.
Она больше ничего не сказала, но Жон сам добавил к ее фразе три так и не произнесенных слова:
"Веди себя соответствующе".
— Думаю, я тебя понял. Наверное, мне настолько сильно не хотелось раскачивать лодку, что я просто побоялся прикасаться к веслам. Постараюсь данную ситуацию исправить. К тому же теперь мне известно, когда нужно отойти в сторону и позволить тебе уладить все необходимые дела.
Потому что иначе всё выходило так, как было на званном ужине в особняке Шни или, например, здесь.
— Спасибо. И как я уже сказала, твое решение проблемы мисс Никос не такое уж и неправильное, но...
— Мне не стоило спорить с тобой на глазах у студентов, — закончил за нее Жон. — Поскольку мы не можем позволить себе демонстрировать окружающим способность ошибаться и вообще не должны выглядеть излишне человечными.