— Я хочу стать таким же, как вы: сильным, умным и успешным во всем, что касается женщин, — заявил Оскар.
Жон почувствовал себя так, словно его ударили молотом по голове. Затем шок сменился недоверием и недоумением, а после них пришли веселье и гордость. Он слегка покраснел, откашлялся, отвел взгляд в сторону и едва заметно улыбнулся.
— Ну...
Голос разума отметил, что Оскар, скорее всего, желал быть похожим вовсе не на него, а на тот образ директора Арка, который сложился в головах людей. Даже какой-нибудь Питер Порт был успешнее реального Жона, поскольку у него хотя бы имелась настоящая девушка.
С другой стороны, всё это ничуть не помешало ему выпрямиться и расправить плечи, пусть даже и стараясь никак не показать, насколько его порадовали подобные слова.
— Мне очень лестно это слышать, Оскар.
— Разве вы не можете взять меня своим учеником? Я готов сделать что угодно. Давайте займусь работой с докуме-... Ай! — воскликнул он, схватившись за виски. — Ай! Озпин, я думал, что ты не слушаешь наш разго-... Что значит: "Обрекаю нас на кошмарные мучения и лютую погибель"? Это всего лишь бумаги. Там ведь нет абсолютно ничего сложно-... Ай! Ой! Ай!
— Таких жертв от тебя не потребуется, — произнес Жон.
Оскар тут же перестал вопить и хвататься за голову, тем самым показывая, что Озпин прекратил вызывать у него боль.
— Для заполнения документов у меня уже есть Сиенна с Блейк, и я не собираюсь использовать дополнительную неоплачиваемую рабочую силу, чтобы не получить обвинение в рабовладении. К тому же они обе и так являются фавнами, а вместе с тобой добавится еще и детский труд. Что же касается тренировок...
"Нео в последнее время несколько заскучала".
— Ты пройдешь через то же самое, через что пришлось в свое время пройти мне. Сразу же предупрежу: будет невероятно тяжело.
— Я готов! Физический труд меня не страшит!
— И это просто замечательно, — улыбнулся Жон, подавшись немного вперед. — А боль тебя страшит?
— Эм... — протянул Оскар, отпрянув назад.
— Острые предметы? Может быть, каблуки? Что насчет засад в самых неожиданных местах в любое время дня и ночи? Как ты относишься ко всему этому? Впрочем, неважно. Думаю, ты справишься. Со мной ведь ничего не случилось, — сказал Жон, почесав щеку и нервно оглянувшись по сторонам. — Почти ничего. А небольшая паранойя тебе будет даже полезна с такими-то жизненными целями и врагами. Итак, я могу познакомить тебя с моей наставницей, если, конечно, Озпин не возражает.
Оскар некоторое время молчал, видимо, спрашивая разрешение. И судя по появившейся на губах улыбке, получить его все-таки удалось, что, само собой, было очень хорошо.
Жон как-то сомневался в том, что сегодня вечером Оскар продолжит улыбаться, но подобный энтузиазм его всё равно радовал.
— Озпин говорит, что был бы крайне признателен. И еще он предупреждает, что помогать мне вне настоящих сражений не намерен.
— И это просто замечательно. Чем больше ты станешь полагаться на собственное тело, тем быстрее привыкнешь к нагрузкам и улучшишь боевые навыки. А вот если продолжишь и дальше прятаться за Озпина, то о настоящей силе можешь даже не мечтать. Одну секунду.
Жон набрал сообщение на свитке, тем самым призывая к ним демона.
— Итак, я беру тебя в ученики, Оскар, но сразу же скажу, что в комплекте со мной идет та, кто обучала меня. Ты станешь тренироваться как со мной, так и с ней.
— Отлично!
Мгновением позже посреди комнаты возникла Нео, оскалив зубы и сверкая горящими глазами. На ее ногах были очень высокие каблуки, одним своим видом вызывавшие у Жона фантомные боли.
— Нео, это Оскар. Оскар, это Нео. Именно она сделала меня тем, кем я сейчас являюсь. С сегодняшнего дня Нео будет контролировать твои тренировки.
Оскар посмотрел на нее и слегка покраснел.
— Она очень милая...
— Милая? Ага. Наивный ребенок, — хмыкнул Жон, сочувственно похлопав его по плечу. — Ладно, развлекайтесь. И не забывай о том, что если тебе очень больно, то ты всё еще жив и даже чему-то успел научиться.
Нео ухватила Оскара за руку, после чего они оба исчезли, переместившись в ту бездну ужаса и отчаяния, которую она сочла нужным выбрать для сегодняшней тренировки.
Жон испытывал немалые угрызения совести, передавая Оскара в ее полное распоряжение, но тот сам захотел стать точно таким же сильным, как и он. Подобной "тренировки" не стоило желать даже злейшему врагу, но раз уж Салем собиралась охотиться на Оскара всю его жизнь, то и времени на более традиционные способы обучения практически не оставалось.
Нео отлично умела мотивировать и буквально вбивала знания в своих подопечных, заставляя их невероятно быстро улучшать боевые навыки.