— Неудачно сходили, — пробормотал он.
— Не совсем, — улыбнулась Винтер. — Мы ее шокировали, что само по себе уже является победой. Пусть немного посидит и подумает над имеющимися у нее перспективами.
Это были какие-то очередные методы ведения допроса, которые Жон не слишком хорошо понимал?
— Как скажешь. Чем намерена заняться теперь?
— Конечно же, подожду. Если бы люди ломались во время первой встречи со следователями, то мне бы даже не пришлось прилетать в Бикон. Наверное, доложу генералу последние новости, немного погуляю по школе и посещу Вейл. Ваш Совет пожелал встретиться со мной... чтобы убедиться в налаживании отношений между Атласом и Биконом.
— Если точнее, то чтобы проверить, не наврал ли я им, — буркнул Жон, и Винтер ему ничего возражать не стала. — А что конкретно ты собираешься им сказать?
— Правду, разумеется. Наши отношения и в самом деле налаживаются, а если я попробую солгать, то потом могу получить немалые проблемы на ровном месте, — ухмыльнулась она. — Не бойся, если бы я намеревалась тебе как-либо навредить, то просто бы пристрелила. Так что спи спокойно, Жон Арк, и постарайся как следует насладиться имеющимся у тебя временем.
Далеко не в первый раз Винтер удалось оставить за собой последнее слово, воспользовавшись его растерянностью. Когда Жон все-таки придумал достойный ответ, то озвучивать его было уже слишком поздно. В таких случаях ему невыносимо хотелось открыть у себя Проявление, которое позволило бы отмотать время назад.
— Проклятье... И это даже не последняя встреча на сегодня.
Кали Белладонна как раз ждала его возле двери кабинета. Она носила длинное черно-белое платье, а мягкая улыбка и смуглая кожа резко контрастировали с вечно хмурым выражением лица и бледностью Блейк.
При виде Жона улыбка Кали стала еще шире, а она сама чуть ли не засветилась от радости. Он решил, что это было всё же хорошим знаком.
— Прошу прощения за то, что заставил вас ждать, миссис Белладонна.
— Пожалуйста, называй меня просто Кали. И тут нет никаких проблем. Блейк говорила мне, насколько сильно ты занят в последнее время.
То есть она опять начала делиться с окружающими тем, что узнала из его деловой переписки... Впрочем, Жон даже не смог заставить себя разозлиться.
— Вам удалось провести с ней некоторое время?
— Да. И мне, и моему мужу, — кивнула Кали, а источник ее хорошего настроения внезапно стал гораздо более понятным. — Наконец-то она прекратила убегать и немного остепенилась. Думаю, мне стоит тебя за это поблагодарить. Именно ты и ее команда присматривали за моей дочерью.
— Больше ее команда, чем я.
— Я слышала совсем другое. Например, как ты поставил на кон собственную должность, поручившись за Блейк, чтобы ее не отчислили из Бикона, — произнесла Кали, положив ладонь на предплечье Жона. — Так что огромное тебе спасибо.
— Ну... не мог же я бросить свою собственную студентку на произвол судьбы, — пожал он плечами, открыв дверь и пропустив Кали в кабинет.
Нео сидела в его кресле, положив скрещенные ноги на рабочий стол и обучая своего Невермора каким-то новым трюкам. Заметив их, она с нечитаемым выражением лица уставилась на Кали и немного наклонила голову набок.
— Не беспокойся, я замужем и счастлива в браке, — сказала ей Кали.
Похоже, "нечитаемым" выражение было лишь для Жона.
Нео слегка подняла бровь.
— Да, уверена. Я согласна с тем, что он — довольно интересный экземпляр, но с моим Гирой всё равно не сравнится, — пояснила Кали, к ужасу Жона, широко разведя руки в стороны. — Особенно в наиболее важных местах.
Впечатленная Нео беззвучно присвистнула.
— А у него какой, кстати? — спросила Кали, ткнув пальцем в сторону Жона.
— Так, хватит! — возмутился тот, подойдя к столу и заставив Нео опустить руки, когда она попыталась продемонстрировать размер его "наиболее важного места". — Миссис Белладонна-...
— Кали.
— Кали пришла сюда совсем не для того, чтобы это выслушивать, — продолжил Жон. — Честно говоря, я вообще как-то сомневаюсь в том, что подобная информация способна кого-либо заинтересовать, кроме, может быть, Янг. И окажусь тебе весьма признателен, если ты не станешь давать ей новые аргументы для споров.
В конце концов, Янг и без того преисполнилась немалого самодовольства с тех самых пор, как Джинн подтвердила ее привлекательность в глазах Жона. Теперь от нее просто не было никакого спасения.