Роман с Нео даже не задумались, когда поставили свои жизни на то, что любитель добьется успеха в схватке с профессионалами. Преподаватели Бикона поступили точно так же. Да и Айронвуд с Атласом, если подумать, тоже, пусть даже в данном случае речь шла не столько о жизнях, сколько о поддержке заблуждений насчет него.
Вполне здравомыслящего Жона окружала какая-то аура безумия, искажавшая само понятие разумного. Особенно остро Роман это ощутил, когда наткнулся на Синдер, сидевшую возле тела собственного подельника, который пытался вытащить ее из плена. Она даже против наручников не возражала, лишь заявив, что больше не попадется на уловки Жона.
Подобное поведение выглядело совершенно нелепо. В нем не имелось ни капли логики или здравомыслия. Да и где вообще стоило теперь искать подобные вещи? В Жоне? В Синдер? Может быть, в Джинн, Салем, древних волшебниках и ведьмах или в Богах с Реликвиями и девами?
В алкоголе?
Ну, что-то разумное и логичное в последнем всё же было. По крайней мере, алкоголь не смотрел на Романа укоризненно, но и выбираться из бутылки в стакан в данный момент почему-то тоже отказывался.
— Ты кто вообще такой, чтобы говорить, что мне хватит? — спросил Роман. — Я за тебя заплатил! Именно я решаю, когда будет достаточно! Ты мне не мама!
Он вновь потряс бутылку, но ничего хоть отдаленно напоминающее спиртное оттуда так и не появилось.
— Что, считаешь себя крутым?!
— Кхем, — откашлялась от двери Глинда Гудвитч. — Твоя бутылка пуста, Торчвик.
Роман откинулся на спинку стула и внимательно изучил стеклянную емкость у себя в руке. Там действительно было пусто.
— Мне продали пустую бутылку, — растеряно прошептал он, не столько разозлившись на обман, сколько восхитившись деловой хваткой и смекалкой этих акул капитализма.
Пожалуй, стоило их как-нибудь навестить.
— Нет. Ты просто всё выпил.
Роман удивленно моргнул.
— Я... ик... выпил?..
— Да.
Он потер переносицу, невольно спародировав Гудвитч. Но если ей что-то не нравилось — ну, например, данный факт или беспорядок в его комнате — то это были исключительно ее собственные проблемы.
К тому же в комнате царил вовсе не беспорядок. Роман точно знал, что и где в ней лежало. Да, его полностью устраивала обувь, которая стояла на разбросанных по полу рубашках, а также оказавшийся в недоеденном бутерброде портсигар.
Так изначально и задумывалось.
Впрочем, всё это не относилось к стене за его спиной, которая почему-то решила расплавиться. Краска стекла вниз, оставив после себя довольно красивый узор, а также огромную лужу на полу.
Гудвитч при соприкосновении с ней начала таять. Хотя Роман всегда знал, что она была самой настоящей ведьмой.
— Ты пьян, — произнесла Гудвитч.
Ну, или то, что от нее осталось.
Слова несколько заглушал шум океана — как будто к его уху поднесли огромную раковину. Пожалуй, стоило опасаться рака-отшельника, который мог оттуда вылезти и сожрать Роману лицо.
Да и пляжи вообще были полным отстоем. Слишком много воды и песка.
— Хм?.. О чем ты? — переспросил он, потерев подбородок. — Извини, я тут немного выпил.
— У нас директор временно не способен выполнять свои обязанности, — прорычала Гудвитч, выползя из океана краски и направившись к нему. — Ты должен был помочь разгрести завалы, а не лежать тут бревном!
— Я не столько бревно, сколько в дрова.
— Возьми себя в руки, Роман! Соберись!
— Я и так предельно собран, — соврал он. — В этом деле мне очень помогает выпивка. По крайней мере, мир после нее снова становится простым и понятным. Или хотя бы чуть менее безумным. Синдер взяла и сдалась...
Роман махнул рукой. Бутылка, которая там находилась, полетела в стену, разбившись на тысячу осколков. Стена вскрикнула от боли и начала плакать, но честно говоря, это тоже оказались совсем не его проблемы.
— Такого просто не должно было произойти!
— Не могу оспорить твое утверждение, но такое все-таки произошло, и теперь мы должны учитывать данный факт при выполнении наших обязанностей. Твоей, к слову, является взятие на себя части работы Жона на то время, пока он будет восстанавливаться. Вставай!
— Не могу.
— ТОРЧВИК!
— Нет, я действительно не могу, — покачал головой Роман, указав на нижнюю часть своего тела. — Кто-то украл мои ноги, заменив их Беовульфами.
— Это была не я, — сказала левая нога.
— Гр-р-р! — зарычала правая.
Гудвитч с воплем вскинула руки в воздух, резко развернулась и покинула комнату, напоследок настолько сильно хлопнув дверью, что если бы дело происходило не на бывшем корабле Атласа, то у них сейчас бы рухнула целая стена. А так удалось отделаться лишь звоном в ушах и головной болью.