Что бы на их месте ощутила она сама, оставшись дома, пока Янг отправилась бы сражаться? Скорее всего, бессилие и ужас. А когда Янг вернулась бы обратно с победой, Руби наверняка постаралась бы хоть что-то для нее сделать: постирать одежду, расчесать волосы, приготовить ужин...
"Полагаю, людям тоже требуется нечто подобное — способ ощутить себя хоть немного причастными к этой победе и продемонстрировать нам свою признательность... Поблагодарить за совершенный подвиг".
Охотникам оставалось лишь принимать их благодарность, потому что альтернативой было отказаться и тем самым фактически плюнуть в лицо людям, всей виной которых являлось отсутствие десятилетий боевой подготовки и наличие какой-нибудь другой, более мирной профессии.
Это даже выбором называть вряд ли стоило.
— Поверить не могу, что говорю такое, но профессор Торчвик прав, — произнесла Вайсс. — Если мы ставим всем в пример меценатов, которые жертвуют льены различным благотворительным организациям, то почему отношение к решившим поблагодарить вернувшихся из битвы Охотников должно хоть как-то отличаться? Пусть даже постоянно улыбаться тем, кто возносит нам хвалу, очень быстро надоест.
— Говори за себя, — в один голос заявили Янг и Торчвик, после чего переглянулись, дружно ухмыльнулись, соприкоснулись кулаками и указали друг на друга пальцами. — О да-а-а...
Блейк в ужасе уставилась на них.
— А что насчет Вакуо? — поинтересовалась Руби.
— Вот эту тему поднимать пока не стоит, — ответил ей Торчвик. — Нет, подожди. Я вовсе не имею в виду, что никто ничего не делает. Твой дядя Кроу, к примеру, уже отправился в Шейд, да и Айронвуд послал свой спецотряд. Жон тоже предпринимает кое-какие шаги. Мы не собираемся бросать Вакуо один на один с бедой, но и портить людям настроение во время празднования одержанной нами победы тоже не надо.
— Дядя Кроу туда отправился?
— Угу. Он должен отыскать выживших.
И это оказалось очень хорошо.
Руби позволила себе немного расслабиться, хотя желание броситься вперед и сделать то, что было правильно, так никуда и не исчезло. Оно лишь немного утихло, поскольку делом уже занялись другие.
Вероятно, именно с такой проблемой столкнулась в прошлом году Блейк, вот только в ее случае Белый Клык никто замечать не хотел. Забавно, но больше всего с привлечением внимания к их преступлениям ей тогда помог именно Роман Торчвик.
— А сейчас наступило время немного повеселиться, — произнес тот, подмигнув Блейк. — И прежде всего я имею в виду тебя.
Она сложила руки под грудью.
— И что это, по-твоему, должно значить?
— Ничего особенного. Просто твой гигантский папаша, жуткая мамаша и ты сама наконец оказались в одном месте. Вся семейка собралась впервые за... несколько лет, верно?
— Д-да, — ответила Блейк, опустив руки и уже с чуть меньшим подозрением поглядев на него. — По крайней мере, все члены семьи и вживую.
— Вот об этом я и говорил. Ладно, берегите себя, детишки, — сказал Торчвик махнув им на прощание зажженной сигарой и направившись прочь. — Веселитесь, купайтесь в лучах славы и ни в коем случае не влипайте в неприятности! Если вы понадобитесь для чего-то связанного с Вакуо, то мы сами вас найдем и приставим к делу.
— Хорошо, профессор Торчвик. И спасибо!
— Да-да, Красная. Просто постарайся обойтись без проблем.
Руби помахала ему рукой, после чего он все-таки скрылся из виду.
— Как же я его ненавижу, — прошипела Блейк.
— Ну, если честно, то профессор Торчвик не так уж и плох.
— Руби, он — преступник!
"Как и ты, к слову", — подумала она, но вслух ничего подобного говорить, разумеется, не стала.
Отношение к Роману Торчвику у нее было... сложным. Долгое время он являлся врагом, но при этом не делал ничего чересчур ужасного, а в конце и вовсе помог остановить Синдер. Кроме того, без него Руби вообще не попала бы в Бикон, а это его "Красная" ей пусть и не нравилось, но было всего лишь прозвищем, а не каким-нибудь обидным оскорблением.
— Да, в самом деле неплох.
— Руби!
— Остынь, Блейк, — вмешалась Янг, обхватив свою напарницу за плечи и подведя к окну. — Смотри, мы уже идем на посадку. Ты готова много-много улыбаться? Ну, если, конечно, вообще умеешь это делать, кисуля.
— Хватит перенимать манеру речи у Торчвика!
Руби поглядела на Вайсс, но та в ответ лишь закатила глаза. Улыбнувшись, она вновь уставилась в окно на продолжавшую веселиться толпу, над которой взрывалось фейерверки и конфетти. Такое количество людей должно было ее напугать, но сейчас она почему-то испытывала странное спокойствие.