— А ты? — она подняла блестящие глаза на него, крепче обхватывая мужчина за поясницу. — Ты ничего не почувствуешь ко мне, если мы перейдём эту грань? — нахмурившись, закончила она.
— Ох, Рози… — как-то грустно вздохнул Басс. — не думаю, что я испытывал вообще когда-то нечто большее к девушке, чем просто симпатию. И даже эта симпатия, скорее нечно эфемерное, как мыльный пузырь. А о любви вообще речи не шло никогда.
— Звучит очень грустно… — Рози зажмурилась, чтобы сдержать слезы. Стало так тоскливо, не за себя. За Чака.
А его… Его вообще кто-то любил?
— А ты?
— Да, я была влюблена и любила, Чак… Не скажу, что чувства к этому человеку принесли много радости. Сейчас мне кажется, что не осталось ничего кроме боли.
— Вот и я об этом же.
После недолгой паузы, наслаждаясь спонтанными объятиями, Басс привлёк внимание Рози. Он осторожно обхватил её лицо тёплыми ладонями и приподнял так, чтобы она посмотрела ему в глаза.
— Будем пробовать? — с надеждой ещё раз уточнил он.
Рози чувствовала, как с каждым днем ей становится хорошо рядом с Бассом. И это не та близость, которая может существовать между мужчиной и женщиной, а простое человеческое тепло, которого ей так не хватало.
Её плавно убаюкивал мерный стук крепкого мужского сердца, а рецепторы защекотал ненавязчивый запах тела, что исходил от Чака. Он пах настолько приятно, что голова перестала соображать. Очень хотелось плюнуть на все домыслы и согласиться. Басс был таким тёплым, нет, даже горячим, как долгожданное погружение в японский бассейн, после зимней стужи. Мышцы Рози обмякли, и она постепенно расслаблялась, желая довериться безумной идее друга.
— Да. — еле слышно отозвалась она, зарываясь носом в его грудь.
— Тогда я в полной твоей власти. — крепче прижимая к себе Рози, будто сокровище, сказал Басс.
— Что, начнём прямо сейчас!? — как-то испуганно уточнила она крепче прижимаясь к другу.
— Чего тянуть кота за все подробности? Начинай, не стесняйся, дорогая.
Она неуверенно отступила, слабо вздохнула и отдала первый приказ.
— Ладно… — вздохнула она примирительно. — Сними футболку, Чак. Грешно прятать такое тело под одеждой.
Басс обольстительно ухмыльнулся, стягивая с себя предмет домашнего гардероба и уставился на Рози в ожидании.
— Всегда хотела как следует тебя рассмотреть. — и заметив изменения в выражение его лица, добавила. — Что? Думаете только вам позволено глазеть? Нет, мой дорогой, мы любим это дело не меньше вашего.
— Значит девушки любят не только ушами? — игриво поиграл светлыми бровями мужчина.
— Ещё и руками, глазами, губами и всем, чем наградила матушка природа. А теперь, повернись. — от её слов, Чак почувствовал как вдоль позвоночника пробежал короткий разряд, прошёл сквозь тело, отдавая теплом в область пупка.
— Ты так умело командуешь, Роз. Я весь в предвкушении…
Чак осекся и замолчал. Последовал следующей команде и застыл, ожидая её реакции.
— Нихрена же себе! — вскрикнула восторженно девушка. — Да на твоей спине пробы негде ставить! Ты что попал в руки безумному тату мастеру?
— Всего лишь проиграл спор другу.
— Что же за спор между вами был? И что за друг, который так тебя ненавидит? — Рози приблизилась и невесомо коснулась подушечкой пальца края тату, что раскинулась по всей площади кожи в районе спины.
Чак в ответ ощутимо вздрогнул, не ожидая такой решительности от Рози и слегка прикрыл глаза от удовольствия.
Ее прикосновения были до боли нежными, ласковым, насколько вообще это возможно.
Басс с трудом сглотнул и подумал, что его идея вполне могла бы выйти ему боком. Но когда рука Рози последовала дальше, натыкаясь на то место, где остались рубцы после несчастного случая в детстве, Басс задержал дыхание.
Он уже давно ни с кем не говорил о той трагедии, что случилась с ним, когда Чаку исполнилось 15 лет.
Страшно.
Очень страшно даже вспоминать об этом, не то, что рассказывать.
Страх после того инцидента вцепился в подсознание Басса острыми когтями. Ужасающие отголоски пугали по сей день до немого крика, от которого перехватывало дыхание. Чак не мог полноценно вдохнуть из-за спазма в районе грудины. Пробирало настолько, что тело покрывалось ледяной испариной, а сердце заходилось в бешеном темпе под гнетом адреналина.
Отголоски прошлого вновь парализовали Басса. Черт подери! Ему так не хотелось вспоминать тот злополучный день. И хоть со временем фантомная боль от ожогов практически сошла на нет, мозг ещё помнил ту адскую смесь чувств, что испытал Басс.