Они оба молчали. Чак элементарно не понимал, с чего ему начать этот разговор. А Амели, в свою очередь боялась того, что скажет ей Басс.
Молчание затягивалось, накаляя обстановку меж ними. Она неуверенно выдохнув все-таки посмотрела на Басса через зеркало, натыкаясь на его изучающий взгляд.
— Не молчи, Чак. Скажи уже что-нибудь… — с мольбой прошептала она.
— Это платье тебе очень идёт. — он так гипнотизировал фигуру Роуз через зеркало, что её кожа непроизвольно полыхнула, а сердце сбилось с устойчивого ритма. — Почему я никогда прежде его не видел? — склонив голову на бок, поинтересовался он.
— Это все, что ты хотел спросить?
— Рози, черт Амели… — непроизвольно сбился Чак.
— Можешь называть меня Рози, если тебе так будет удобнее. Фактически это моё настоящее второе имя. Точнее Роуз. Амели-Роуз Стоун.
— Ты даже в этом практически не соврала. — хмыкнул Чак.
— Я вообще тебе ни в чем не врала…
— Да? — с недоверием спросил он, обнимая её за талию.
— Скорее недоговаривала. — сдерживая лёгкий стон, сказала Ами. — Теперь ты понимаешь, что на это были свои причины.
— А?
— Если ты хочешь спросить, знала ли я, что ты друг Ника. Нет. Только недавно Дрю меня предупредил.
— Дрю? — недовольно свёл светлые брови Чак, смыкая руки в замок, словно своим жестом хотел присвоить подругу. — То есть я не ошибся и на его счёт. — угрожающе послышалось от него.
— Мы с ним не более чем хорошие знакомые, Чак. — попыталась оправдаться она.
— Угу.
— Не веришь?
— О хороших знакомых с таким теплом не отзываются, Роуз. — надулся Басс.
— Он до сих пор чувствует свою вину, хотя я уверяла его в обратном.
— Мхм…
— Ну, Чак. — Роуз крутанулась на 180 градусов, чтобы оказаться к нему лицом.
Ей безумно захотелось коснуться его скулы, но осеклась, одернув свою кисть. Чак поймал её за предплечье и сделал то, что она хотела. Потерся о ее руку, прикрыв глаза, наслаждаясь их близостью. Затем вспомнил, почему они здесь находятся, призывая себя благоразумию, припоминая при этом слова Тары Тайгер.
А сдерживаться приходилось как никогда! Он, бездна раздери, ревновал Роуз и желал сделать своей! Боялся, что вот теперь, когда Ник нашел её, то Чак навсегда потеряет Стоун.
— Рози, я… если честно… просто в шоке… это все усложняет! — чуть более эмоционально выпали Басс.
— Усложняет что, Чак? То, что мы с тобой переспали? Или то, что ты являешься лучшим другом Ника?
— Всё!
— Раз усложняет, отпусти меня. У меня нет никаких сил спорить с тобой. — рассерженно прошипела Стоун в ответ, пытаясь освободиться.
— Это не то, чего я хочу. — отрицательно покачал головой.
— А чего ты хочешь? Ты же, как закрытая книга! Я пытаюсь понять тебя, но слов, что написаны, не понимаю. То ты целуешь меня, обнимаешь так, что у меня коленки трясутся. То сбегаешь на утро после нашего секса. Я ничего не понимаю, Басс. Да ты даже собственную мать никак простить не можешь, что уж говорить обо мне! — закончив свою тираду, Ами вновь повернулась лицом к зеркалу, пытаясь собраться с мыслями.
— Я не сбежал! — проигнорировал он вновь затронутую тему о женщине, что его родила. — Я написал тебе записку, оставил её на кухне. А телефон где-то посеял у тебя в спальне. Скорее всего, когда наспех стаскивал с себя джинсы. И батарея на нем села! — прорычал мужчина. — Я хотел написать или позвонить, но и ноут по глупости оставил вечера на работе, потому что ездил на встречу.
О какой конкретно встрече шла речь, он от чего-то умолчал.
Не хотел накалять обстановку?
Ведь про договор с Уокер и ужины в ее компании он Амели не рассказал.
— Да? — с дрожью в голосе спросила она.
— Да! И я безумно соскучился по тебе. А ещё зол на тебя, на Ника и на себя. Даже на Дэна и Лоуренса.
— Дрю, не виноват!
— Прекрати его защищать, а то покусаю тебя, мисс Стоун, ты здорово проштрафилась. Покусаю прямо за твои сочные булки! А потом еще по ним же и надаю! — хоть прозвучало достаточно устрашающе, но тело Стоун решило иначе. Волоски на её коже встали дыбом, запуская острый разряд вдоль позвоночника, от чего она выгнулась, упираясь ягодицами в пах Басса.
Член Чака дернулся, наливаясь кровь, заставляя его терять рассудок и путать слова. Роуз неожиданно заливисто рассмеялась, пряча лицо в собственных ладонях.
— Посмотри на меня, Роуз. — ласково попросил он, разворачива Стоун к себе.
Она послушно подняла голову, убивая Басса покорным и затуманенным взглядом. Он сжал её податливое тело почти до хруста, страшась того, что может потерять её навсегда.
— Ты можешь на меня рассчитывать. — прохрипел он, сглатывая вязкую слюну.
Как же ему хочется её поцеловать! В голове, словно отбойными молоточками билась единственная мысль:
"Поцелуй её. Поцелуй! Ну же!"
Но это были не те слова, которые Ами желала услышать. Да, она не ждала спонтанные признаний в любви, но все же ей хотелось, чтобы Басс что-то почувствовал к ней и честно признался в этом.
— Угу. — грустно кивнула она.
— Я сказал что-то не то?
— Нет… все так. Просто я понимаю, что Николас твой друг. А я…
— А ты, Роуз… ты… — не находил подходящих слов он.
— Тоже друг. — пошла по более безопасному пути девушка. Признаваться первой в своих чувствах было достаточно страшно. да и глупо.
А вдруг он её оттолкнет?
Вдруг скажет, что она для него ничего не значит, как девушка?
Что тогда?
Бассу захотелось взвыть, прокричать, что это наглая ложь. Что он без ума от неё. Что потерял от своей подруги голову. Что думает каждую свободную минуту о ней. Однако, он понимал, что существует такая доля вероятности, что Стоун захочет простить Ника, поэтому Чак не может стоять на их пути. Он обещал ей помочь, чтобы вновь раскрепоститься и что-то почувствовать к представителям противоположного пола, он это сделал.
Тогда почему упрямо не хотелось её отпускать??
Почему желание спрятать Роуз от всего мира крепло в нем все сильнее?
— Роуз… По поводу нашего договора… Если ты захочешь вернуться к Нику, то..
Ами задеревенела, сдерживая порыв наорать на него, а ещё наброситься с кулаками.
Как так можно?
Она уже по уши втрескалась в него, а Чак в свою очередь так легко отрекается от неё.
— Очень благородно, Басс… — как-то не очень хорошо зазвенел её голос. — Очень! Может тогда прямо сейчас вручишь меня Нику? Из рук в руки, так сказать! — не сдержалась Роуз и перешла на крик.
— Что ты несешь? — потрясенно спросил Чак.
— Ничего! — толкнула она его в грудь. И воспользовавшись дезоориентированностью Чака, вылетела из женского туалета.
Басс чудом успел перехватил её перед толпой, что сновалась у одной из колонн в главном холе.
— Да, стой же ты! — угрожающе прорычал он. — Куда собралась с голой спиной на выход? Там холодина такая. И не говори, что приехала именно так! — даже сейчас, когда он злился, не мог не позаботиться о своей… своей… подруге.
Черт! Как же все сложно! Аааа!
— Спасибо за заботу, мистер Басс, моё пальто осталось в гардеробе. — зло выплюнула она, передергивая плечами.
— Никуда ты не уйдёшь, пока мы не договорим! Хватит бегать, Роуз. Пошли. — он уверенно потянул её к главной стойке.
Там с ним любезно поздоровался хостес, который оказался солидным мужчиной в возрасте. Он сочувственно посмотрел на Басса и предупредил, что его номер готов, выдавая ключ карту. Басс знал, что именно там им наконец удастся спокойно поговорить.
"Поговорить, как же! Три раза "ха"! Себе то не ври! Так и скажи, что опять хочешь оказаться меж этих прерасных ножек!"
Номер на ночь — был одним из условий его договора с заказчиком, потому что после долгого мероприятия, что обычно затягивалось до поздней ночи, на утро требовалось перепроверить и разобрать все оборудование, укомплектовать и отправить его обратно в студию. А так, как после долгого изнурительного вечера Басс бы непременно устал, ехать домой, а утром возвращаться обратно — было не лучшей идеей. Поэтому чаще он пользовался номером в гостинице.