Раньше я лишь наивно полагал, что знаю это чувство. Однако сейчас…. В эту самую минуту, когда солнце поднималось над горизонтом, в полной мере ощутил, что есть страх, только представив что с Терезой что-то случится. Не важно что! Болезнь, ранение, да хоть обычная простуда. Я понял что боюсь даже этого…
— Тиен-ши! — кто-то прикоснулся к моему плечу и я проснулся, осознав, что мне это приснилось.
Хотя нет… Я действительно ночевал в комнате Терезы, и скоро её увижу. Это чувство заставило меня выйти из полудрёмы окончательно и выглянуть в иллюминатор, из которого виднелось небо и чужая земля. Пока она слишком далеко, но там — внизу, есть человек, который мне не чужой.
— Спасибо, что разбудили, Джей-ши, — я вяло улыбнулся мужчине, однако он не ушел, а поправил свой кардиган и сел напротив в пустое кресло.
— Ты поступил глупо, Тиен, — Джей прошил меня холодным взглядом, а потом продолжил, — Ты правда не понимаешь насколько это опасно?
— Это не имеет теперь значения. Того что сделано, не вернуть вспять.
— Твой эгоизм, тебя и погубит, Тиен.
Джей-ши хотел вывести меня на откровенный разговор. Я видел это, но не понимал, почему он не приехал вчера в агентство. Потому спросил:
— Вы из-за моего эгоизма не приехали вчера под агентство?
— Нет. У меня были дела намного важнее, чем пустые игрища, которые не помогут ничем, Тиен. Ты мне не нравился с самого начала. И я должен признаться тебе кое в чем! Я отговаривал Сая очень долгое время от подписания контракта с тобой, потому что только узнав от Шин Дана чей ты сын, понял — твоя семья не даст нам спокойно жить!
— Я не имею никакого отношения к тому, что происходит и происходило в семье Чон! Я…
— Нет, парень! — Джей поднялся и ровно произнес, — Это я тебе не доверяю! И я более чем уверен, что ты был хорошо осведомлен о том, что твой брат и отец решили выпустить на свободу этих тварей. Тебе повезло, что Даниэль уж точно не допустит освобождения твоего настоящего отца. Потому что выйди Ким Чон Сок на свободу — ты труп. Ему плевать на выродка, которого вполне вероятно породила шлюха из борделя. Первым делом, твой настоящий отец, прикончил бы тебя, потому что ты единственный, кто стоит между ним и его деньгами, Ким Тиен Го! Запомни это!
— Почему вы с самого начала не сказали мне как относитесь к такому выродку, как я? — моим голосом можно было сейчас точно так же заморозить, как голосом Терезы.
— Не имел такой возможности, потому что Сай слепо обожал всех своих подопечных. Когда я… Все эти годы я хорошо видел, кто есть кто!
Джей-ши развернулся и ушел через проход в другую часть салона, и только мой взгляд проследил за этим, как я окликнул его опять:
— Вы слепнете, Джей-ши, — мужчина замер, держа темно-зеленую ткань в руках, и казалось натянулся как струна, — Так ведь? Поэтому вы сейчас вымещаете свою боль на мне? Боитесь потерять зрение и стать никем? — я поднялся и взял с пола то, что обронил мужчина, который медленно повернулся ко мне, а когда увидел в моих руках флакон с каплями, я прошептал:
— Катаракта или глаукома? Что из этого является последствием того, что произошло в Петрограде, Джей-ши?
— Тебя это совершенно не касается, — он вырвал флакон из моих рук, и скрылся за полотном, которое разделяло части салона.
"Действительно… Но вот как тогда вас касается чей, мать его, я сын? Торговки, шлюхи или нормальной женщины?" — боль сдавила в груди так, что мне на мгновение стало трудно дышать, а отпустило, когда я шел по терминалу аэропорта Борисполь и в толпе встречающих видел фигуру в чёрном.
Тереза стояла в обычных бойфрендах, байке и кожанке, однако ее лицо неизменно скрывала черная маска и капюшон.
Мы не проронили ни слова, не поздоровались, не сказали ничего! Однако как только нас окружила охрана и мы пошли в сторону запасного черного выхода, я ощутил, как мягко наши руки просто прикасались, пока Тереза шла рядом. Одно касание, второе… Совершенно невзначай, потому что мы шли одной толпой к выходу.
Однако, когда я уже хотел взять её за руку, Тереза сделала это сама. Грубая ткань перчатки, не дала ощутить насколько холодная её кожа, но то с какой силой мою руку сжали в своей, заставило улыбнуться и тихо произнести:
— У меня есть компромат на бывшего агента американских спецслужб. Ты охренительно красиво улыбаешься, Тереза.