— Роксана… — Стелла села рядом с женщиной на высокий стул, а я замерла взглядом на блестящей столешнице.
— Нужно возвращаться в самое начало, — уверенно произнесла и выпила воду, прищурившись.
— О чем ты? — переспросила Стелла, а я тут же ответила:
— Нужно начинать с того момента, как погибла Кан Арым. Выяснить ещё раз о всех, кто контактировал с девушкой, помимо коллег. Следом опять встретиться с ненормальной, и вытрясти из нее, или руководства больницы, кто посещал женщину. Начать всё заново. Выяснить и то, как Пусан связан с этой историей. Не покидает чувство, что меня не просто там ждали, и возможно и не вели туда, а я сама нарвалась на крючок.
— Объясни нормально, — скривилась Снежа, а я горько усмехнулась.
— Работа каждого детектива заключается в выявлении любых зацепок по делу. Всех возможных странных вещей, которые так или иначе не вписываются в картину жизни жертвы, например. Так в комнате покойной Арым я нашла сборник японских хайку с библиотечной печатью пусанской школы. Её отец заверил меня, что этого в комнате девушки вообще не должно было быть. Как только я приехала в Пусан узнать, как эта книга к ней попала — взрыв, и ловушка захлопнулась. Но была ли это ловушка? Возможно, меня намеренно пытались этим запутать и показать, что Пусан пустышка на которую меня просто навели, чтобы избавиться. А что если нет? Что если таким образом меня пытались повести по ложному следу, ведь именно тогда мы свернули всё расследование и Эн решила отпустить меня домой. Однако… И смерть Шина тоже очень загадочная. Как в закрытом специализированном учреждении смогли упустить такой момент, как открытые окна? Это же становится смешным, лишь взглянув на статистику по количеству смертности из-за суицида в Корее. Однако, экспертиза показывает, что пациент действительно сам нашел нужное окно, а на записях из видеонаблюдения нет ни единого постороннего лица, кроме Шин Сая.
— Но был ли это Шин Сай, учитывая, что только недавно вышел релиз клипа этого ненормального? — Снежана была абсолютно права.
— Тогда возникает вопрос, почему сам Шин Сай, не сказал никому, что его не было в лечебнице в момент смерти Шина? — нервно прошептала Роксана.
А я замерла от того, какая догадка появилась в моей голове, и она только подтверждала поведение и Эн, и Сая.
— Они знали, — коротко отрезала, а Роксана округлила глаза.
— Если не Эн, то Шин Сай точно, исходя из нашей версии знал, что происходит, и что вскоре его не просто обвинят, но и вынудят прикрыть агентство из-за волны смертей среди артистов.
Сжав край столешницы в руке, мне стало совсем не по себе. Не мог Шин Сай быть настолько ненормальным, чтобы отдать в жертву собственную семью. Не только себя, но и Энджелу с дочерью. Это не просто альтруизм… Это уже больше похоже на больную праведность и жертвенность.
"Я хорошо помню этот взгляд. Именно то, как он смотрел на Эн, когда отчитывал в своем кабинете, и родило во мне зависть и желание ощутить такое сильное чувство. Я не просто видела, что он любит её… Я в полной мере ощутила это, словно физически. Они были похожи на химикат, который смешали вместе, и его не разделить уже никак…"
— Тереза? — Стелла прикоснулась к моей руке, и я будто опомнилась, вынырнула из собственного сознания в реальность, где перед собой видела ещё один мираж.
"Тиен…" — прошептал голос в голове, и с этой мыслью я простояла у того самого окна до утра.
Поскольку приготовления продлились до глубокой ночи, до самого прибытия борта агентства в квартире Стеллы стояла полная тишина. Все отдыхали, потому что действительно вложили все силы в то, что будет происходить сегодня вечером.
В этот раз я чётко заметила линию, которая разделяла два мира. Тот, в котором монтировался подиум для показа, прямо посреди огромной площади и улицы, которая пересекала её. Эта страна умела красиво создать масштабную картину, как и люди, которые в ней были, пытались создать не просто что-то похожее на чужое, но и вложить в это не мало своего.
Однако рядом с этим красочным миром, полным красивого и прекрасного. Миром, который несёт надежду и веру на то, что есть ради чего жить, есть к чему стремиться не беря в руки оружие, не убивая и не разрушая. Рядом с такой прекрасной иллюзией был другой, в котором я пыталась отыскать причину того, зачем убивать вначале словами, а потом уничтожить оружием людей, которые создавали первый мир.