Дискотека
Ладонь одной моей руки, наполненная ледяной водой, легла мне на шею сзади, в то время как
вторая тяжело опиралась на край раковины. Тонкая струйка воды, текущая из смесителя в сливное
отверстие, укоризненно журчала о том, что негоже ее сестричкам стекать по глубокому декольте с
вершины моего хребта. А обрамлённая в кружево выреза грудь часто и судорожно вздымалась
вверх и почти со стоном опадала вниз, подобно тяжелым морским волнам, укачивающих утлое
суденышко всяческих приличий перед его неминуемой гибелью в шторме дискотеки, которую я
покинула пять минут назад, чтобы отдышаться и покурить. Эти короткие и нехитрые действия
были необходимы для того, чтобы восстановить силы после безудержных плясок на
танцплощадке, куда я собиралась вернуться, как только одышка пройдет и на время запечатается
внутри легких табачным дымом.
Дойдя до гардероба, я сняла куртку с крючка, плотно намотала на шею цветастый шарф в шрамах
зацепок, слезла сломанными дрожью от перевозбуждения руками в рукава и плотно застегнулась.
Я не собиралась давать морозу шанс вцепиться в мое разгоряченное тело и снова заключить меня
в кандалы простуды, из которых я всего пару дней назад смогла вырваться. Зима особенно
коварна, когда ей приходится сосуществовать на одной территории с весной, уступая ей свои
права на власть только при свете дня. А сейчас солнце уже давно трудилось где-то далеко за
чертой обозримого горизонта, и на меня с неба могли бы смотреть звезды, если бы им не мешала
световое давление недалеко расположенного мегаполиса. И если бы им вообще были интересны
дела маленьких бактерий-людей, живущих на крошечной пылинке-планете Земля, вращающейся
вокруг одной из мириад звезд, слишком похожих друг на друга на просторах Вечности, чтобы в их
индивидуальности пытался разобраться хоть кто-то, кроме вышеупомянутых маленьких бактерий.
Я тряхнула головой, прогоняя мысли о близком, но таком далеком Космосе, прочь из своей
головы. Его предчувствие всегда настойчиво стучалось в стенки моей черепной коробки в такие
темные ночи. Да и сигарета уже успела истлеть в пальцах, пока я стояла, запрокинув голову, на
крыльце главного корпуса санатория. Пора было предать беспредельную тишину неба и вернуться
в мирской шторм дискотеки.
Быстро раздевшись и вернув куртку на ее крючок, я зашагала по длинному коридору. Хотелось бы
сказать об уверенной и быстрой походке человека, который знает, куда он идет и чего хочет, но я
поминутно останавливалась поздороваться с вновь прибывшими на конвент друзьями или
перекинуться порой-тройкой скабрёзных шуток с теми, с кем уже здоровалась этим вечером. Но
цели я своей в итоге достигла и переступила порог танцевального холла. Пришло время нырнуть в
море разбросанных по темным стенам и полу пайеток бликов от дискотечного шара и начать их
нанизывать на нитку танца. Вот я делаю простые узелки несложных комбинаций движений,
постепенно добавляя к ним более сложные па, чтобы на ритмическом пике музыки скрепить их в
сложную композицию, главной задачей которой является привлечь к этому макраме нитки других
танцующих. Не успевает пройти и трети песни, как по сторонам от меня уже образовался
отдельный круг ритмично пульсирующих в своей страсти и недосказанности людей, которые в
спокойной обыденной обстановке ни единым движением лицевых мускулов не выдадут своего
волнения (в том числе и тех, что обеспечивают им речь). Сейчас мы все говорим на языке тела,
рассказывая танцевальными фразами о своих надеждах, жалуясь на свои неудачи и делясь
переживаниями, о которых не принято говорить вслух. Вместе мы плетем удивительно-красивую
и манящую в своей бесстыдной искренности сеть для разума, чтобы не дать ни единой рыбке
рациональной мысли проскользнуть на праздник наших сердец. Они быстро протухают на таких
пиршествах импульсивности и честности, оставляя в душах только гнилостный запах вины и стыда.
А это совсем не то, чего хочется этим вечером. За невозможностью получить несбыточное –
внимание великого Космоса - остается довольствоваться куда более прозаичным, пусть и более
теплым, вниманием друг друга.
Дискотека бушевала девятыми валами. Флотилии разумности шли ко дну.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов