Могами не может пошевелить и пальцем, каждый нерв в ее теле натянут так крепко, что вот-вот порвется от натяжения. Кьеко опускается на колени. Глухо кашлянув, она чувствует, как вязкая жидкость стекает из уголка рта. В странном непонимании она осматривает себя.
Ее живот… но почему? Она пронзила мечом своего двойника, так почему же кровь течет и у нее самой. Как… зачем…
Темная копия Могами Кьеко лежит на спине посреди черного песка и тоже держится руками за живот. Она тяжело дышит, кровь прилипает к ее черным волосам. Настоящая Кьеко смотрит на ту, что совсем недавно желала ей смерти, и чувствует пронизывающий холод, чувствует, как тепло постепенно покидает тело. У Могами кружится голова… в конце концов… все должно было закончиться вот так?.. Как же глупо…
«Мы — то, во что сами верим», да? Вот только, во что веришь ты, Кьеко?
Как вдруг вспышка осознания озаряет мысли кристальной чистотой. Всего лишь догадка, но может быть…
Собрав последние силы, Кьеко на дрожащих ногах приближается к своей темной сущности. Спотыкается, хрипло кашляет, но все же добирается, падая около девушки, и кладет ей руку на плечо. В эту секунду Могами ощущает крепкую связь с бывшей соперницей: «Ты ведь знала, что не сможешь победить меня… как и я тебя…»
Девушка со спутавшимися черными волосами смотрит на нее не так, как раньше… иначе. По ее щеке скатывается слеза, а губы складываются в едва заметную улыбку, и Кьеко наконец понимает: «Ты это я».
Сколько раз ей об этом кричали, как долго молили и звали на помощь, но Кьеко предпочитала не слышать. Сколько сундуков она успела создать и спрятать на дне моря? Сколько чувств и желаний упорно запирала на замки? Могами всецело осознает это только сейчас, когда последние частицы жизни покидают ее тело.
Кьеко нежно обнимает свое второе «я» и та устало вздыхает, но улыбка не стирается с ее лица: «Спасибо», — шепчет она, когда ее кожа начинает излучать свет. Девушка вспыхивает и неспешно растворяется, проникая в тело настоящей Могами. В ту же секунду Кьеко становится очень тепло, рана на животе затягивается. Эта девушка была той частью Могами, что она прятала и отвергала все это время. Она была воплощением всех самых темных, самых ненавистных чувств, которые Кьеко желала отвергнуть, но в конечном итоге эти эмоции приняли живую, осознанную оболочку. И тогда она заперла ту часть себя, которую не желала признавать. Не смогла растоптать в себе, но заперла.
Вот только невозможно им существовать порознь, иначе обречены на гибель обе. И единственное, чего желала ее сестра-близнец, так это быть принятой.
Могами неровно выдыхает. Сердце у нее болит и колется, но отчего-то кажется, что так лучше и правильней. Они снова вместе, снова одно целое, и мысли двойника теперь ее мысли.
Осколки души, высыпаются из мешочка, а затем, будто намагниченные, тянутся к Могами, впиваются в спину, больно колясь, и проникают под кожу. Ноги подкашиваются, Кьеко сжимает руками свои дрожащие плечи, подавляя крик, рвущийся из груди.
Болит? Ничего… это хорошо, что болит. Потому что принимать всегда больно.
Мерцающие силуэты спускаются к черному побережью. Их игра окончена. Вспыхивая, призраки налетают на Кьеко и растворяются, сливаясь с ее существом. Их воспоминания, несбывшиеся мечты и свершившиеся горести, их непреодолимое желание жить — все это наваливается на Кьеко с той же силой, с которой небеса обрушиваются на землю. Все эти личности — Могами создала их, потому что они были ей нужны, необходимы, чтобы выжить. Однако пришло время вернуть все на свои места. Заново переживая все события, эмоции и мысли своих второстепенных «я», Кьеко чувствует, как ее сердце становится таким тяжелым от этих знаний, что клонит к земле с невероятной силой.
Без смирения невозможно начать двигаться дальше. Потому что в противном случае, каждую секунду своего существования ты будешь заново переживать момент того события, которое с тобой приключилось, будешь слышать эхо тех мыслей, с которыми никак не можешь примириться. Это отвратительное, мерзкое мгновение не останется в прошлом, нет, оно растянется до невероятной величины и станет твоим настоящим. Пока все остальные стремятся вперед, меняются, преображаются, падают, спотыкаются, рассыпаются и снова возрождаются, ты стоишь на месте. Ты врастаешь в землю и усыхаешь. И такому как ты нет жалости… верно, Кьеко?
Могами сжимает в пальцах черный песок и безмолвно плачет, принимая боль каждого кусочка своего «я». Только в ее сердце все они обретут покой. Только смирившись с самыми темными и эгоистичными помыслами, получится сделать шаг вперед.
Порыв ветра подхватывает Кьеко и поднимает вверх на призрачных крыльях. В ту же секунду мир вокруг теряет свою черноту. Чем выше поднимается Могами, тем он ярче, и окрашивается в светлые оттенки. И Кьеко уже почти настигает долгожданный выход, но прежде чем вырваться на свободу, она замирает. Кажется, осталось что-то еще.
Блеклый едва заметный образ Нисиды Айяно возникает перед Могами. Пусть Нисиды здесь уже нет, но тусклый отпечаток ее души еще сохранился. Айяно улыбается, ее лицо выражает безмятежность, и эта умиротворяющая нега настигает Кьеко, нежно опутывает витиеватыми сетями. Перед глазами у Могами все уже покрывается белоснежной пеленой, когда она слышит тихое: «Всё хорошо».
Кьеко выдыхает и ощущает чьи-то крепкие объятия, но не спешит открывать глаза. Выжидает момент.
— Пожалуйста… вернись.
Ей невероятно сильно хочется вернуться. Но сейчас у нее нет сил даже на то, чтобы открыть глаза, невмоготу даже шевельнуть пальцем. Слишком тяжелым стало ее сердце. Слишком многое Могами натворила, с чем еще не успела свыкнуться.
Тяжело выдыхая, она погружается в сон. Теплый, нежный сон, несущий покой и умиротворение…
Комментарий к Часть 5
Какой-то психодел уже :0
========== Часть 6 ==========
Глубоко вдыхая, Кьеко медленно разлепляет веки. Тело кажется таким тяжелым, словно налитое жидким металлом, а перед глазами все расплывается, будто в тумане… Могами моргает несколько раз, и пелена постепенно исчезает, все вокруг обретает более четкие контуры. Кьеко осматривает капельницу в руке, затем поднимает взгляд и замечает силуэт единственного человека в палате. У этого человека хрупкая фигура и острый профиль.
— Да… неважные у вас тут условия, Могами-сэмпай, — Девушка в белом халате тоже осматривает обстановку. Она неспешно оборачивается, и Кьеко узнает в ней свою кохай, Одзаву Эри. — Значит, вы очнулись?
— Эри… чан? — Могами не узнает свой голос, слишком хрипло и невнятно он звучит, но, похоже, Одзава все равно понимает ее.
— Да, это я, сэмпай.
Воспоминания, ранее принадлежавшие Айяно, вспыхивают в голове Кьеко. Съемки, пистолет, выстрел… Невероятно сильно начинает болеть голова, и кажется, что еще секунда, как она расколется на две половины.
— А где… он…
— Ушел. Тсуруга испугался, что вы потеряли сознание и позвал медсестер. Но так как время посещений давно закончилось, ему пришлось уйти. Хотя наверняка все еще слоняется где-то по больнице, он тут уже живет практически.
— А… ты?..
— А я… — Эри вздыхает и опускает взгляд, рассматривая свой белый медицинский халат. В одном из кармашков лежат вычищенные до блеска ножницы. Одзава как будто только сейчас их у себя замечает, достает из кармана и непринужденно рассматривает предмет в руках. — Я не должна быть здесь. Но мой отец работает в этой больнице, так что мне удалось пробраться к вам, Могами-сэмпай. Это было достаточно сложно, ведь вашего имени нигде в документах не упоминается.