Ей палец в рот не клади.
— Что тебе нужно? — сухо спросил он. — К чему это?
— Ничего! — заверила она. — Я приняла к сведению то, что ты сказал на счёт способностей Мэнди, и разберусь с этим в кратчайшие сроки.
— Ну… классно, — пробормотал мужчина, не испытав облегчения.
Это ещё не всё.
— Но, если вы с мальчиком вдруг захотите тут задержаться, — продолжала Лорна, — я ничего не имею против. Наш дом — ваш дом. Здесь вам рады. В каком-то смысле мы всё-таки семья. Да и Мэнди будет не так одиноко…
— Зачем это нам здесь задерживаться?
— А почему бы и нет?
Лорна испытующе посмотрела ему в глаза. Итану понадобились все душевные силы, чтобы выдержать это противостояние и первым не отвести взгляд. На минуту ему показалось, что кожу лица начинает жечь, но он успокоил себя, что мать не стала бы распинаться, если бы желала ему смерти. Он был бы уже мертв, без всех этих расшаркиваний.
Просто у неё очень тяжелый взгляд.
— Потому что нет, — сказал он. — Ладно, Лорна. Приятно было поболтать, но нам с сыном пора домой. Это была ошибка. Позаботьтесь о Мэнди. И лучше никому не говори о том, что я тебе рассказал.
— По-твоему я похожа на болтушку? — усмехнулась она.
— Нет, точно нет.
Уходя, он спиной ощущал её глаза, её подавляющую волю и гнетущее присутствие. Они вцепились в него, словно щупальца спрута и никак не хотели выпускать из тисков.
— Ты даже не дождёшься возвращения своей жены? — бросила ему в след Лорна.
— Это не моя жена, — раздражённо напомнил Итан.
— Да, — подтвердила не его мать, — но ведь с твоей что-то случилось, верно? Неужели тебе не хочется посмотреть на неё живую и невредимую?
Последний выстрел попал прямо в цель.
Мужчина не выдержал и обернулся.
Лорна царственно восседала в кресле. Она выглядела удовлетворённой, ведь знала, что выиграла этот раунд. Она всегда выигрывала. Она, другая она, выиграла даже в тот момент, когда наглоталась таблеток — воплотившись в навязчивый призрак, от которого её сыну никогда не удастся сбежать. Она умерла, но поселилась в его мыслях. Она извратила Итана, превратив в чудовище, подобное себе, от которого Джуди сиганула в зеркало, выбрав другого монстра, как меньшее из зол.
Он десять лет боролся с тенью, пытаясь прогнать Лорну и исправить всё, что она натворила. Что ещё можно было исправить.
Но вот она: его самый страшный кошмар воплоти.
Луиза Ришар ей и в подмётки не годилась.
— Нет, — сказал Итан, — не хочется.
Но он больше не верил в эти слова.
«Ты победила», — вынужденно признал он.
Часть первая
Глава третья
Направляясь в комнату, где он оставил Эрвина, Итан уже вовсю торговался с собой:
Что такого может случиться, если они задержатся, например, до утра, чтобы дождаться возвращения местной Джуди? Поздороваются с ней и сразу домой. Разумеется, речь не шла о том, чтобы прописаться тут насовсем, пользуясь тем, что местный Итан любезно свалил в неизвестном направлении, освободив тёпленькое местечко.
Много чего.
Во-первых, опять же, неведомо, что стало с тем Итаном. Если он жив и надумает внезапно нагрянуть, будет беда. Двум версиям одного и того же человека категорически нельзя находиться в одном мире. Итан на собственной шкуре ощутил всю прелесть того, что бывает при нарушении этого правила межпространственных перемещений.
Во-вторых, познакомившись с Джуди, Эрвин точно не захочет куда-то идти. Мальчик очень давно грезил о встрече со своей исчезнувшей мамой. Новое расставание с ней окончательно растопчет его чуткое сердце. Или, чего доброго, сын и вовсе пожелает остаться здесь, выбрав мать, а не того, кто ему даже не настоящий отец. Конечно, Эрвин не был посвящён в подробности своего происхождения, но Итан то знал, как всё обстоит на самом деле. Оторвать ребёнка от матери (пусть и другой её версии) будет жалким, эгоистичным поступком. Мужчина заботился о мальчике-сироте, брошенном Джуд в его мире, но её появление всё изменит. Итан станет обманщиком, претендующим на что-то чужое. Он не имел никаких прав на этого ребёнка, как бы его ни любил.
«А ведь когда-то ты сам мечтал от него избавиться», — пристыдил он себя, помедлив у двери.
Отсюда открывался обзор на лестницу, ведущую на первый этаж, и окошко над ней. Оно было треугольным, а не полуциркульным, как в его версии особняка.