Но раз уж это не помешало Джудит расшвыриваться своим бельём, то не ей возникать против спиртного.
— Ну… — она замялась, — наказание за это вполне щадящее. Да и я хотела бы уйти отсюда на своих ногах, а не уползти.
Стерва явно намекала на него.
— Чёрт с тобой, — фыркнул Итан, завладев её чашкой. Отхлебнув получившийся коктейль, он чуть не поперхнулся: кроме виски и кофе в нём ощущался апельсиновый сок.
Это напомнило мужчине о Джуди: она всегда заменяла молоко соком из-за пищевой аллергии на молочный белок.
«Остановись, — приказал он себе, — прекрати искать в них общие черты!»
— Что это за помои? — вслух возмутился Итан. — Ты что, совсем отбитая, так портить кофе?
Когда-то он задал подобный вопрос своей жене, пусть и в другой формулировке, менее резкой. Джудит ответила слово в слово, как и другая её версия:
— Мне просто так нравится, — она отобрала у него чашку. — Забыла тебя спросить! Какое тебе вообще дело?
Она доблестно расправилась с содержимым, не дрогнув и глазом, а после заказала виски и себе.
— О, всё-таки поползёшь, — ядовито подметил Итан, — или напьёшься и опять будешь вести себя как шлюха?
— Я не обмениваться любезностями пришла, — сухо сказала Джудит, — к слову о… об этом. Аманда не приказывала мне ничего такого. Ты ошибся.
— Рад слышать, что с нравственными ориентирами юга всё по-прежнему в полном порядке, — откликнулся мужчина и отсалютовал ей бокалом. — Аминь.
Ведьма слегка заломила бровь.
— То, что между нами случилось… — смущённо потупив глаза, продолжила она, — было потому, что я этого хотела. Ну и, наверное, ты. С собой-то мне всё понятно, но что до тебя? Мы встретились третий раз в жизни!
Подкараулить Итана в момент распития спиртного — было грамотным ходом с её стороны. Алкоголь сделал его мысли вязкими, и он замешкался с достойным ответом. Несомненно, Джудит придерживалась мнения, что он — самозванец. Значит, ему надлежало её разуверить — о каком «третьем разе в жизни» она говорит, если давно знакома с Верховным магом Салема?
Но Итану осточертело прикидываться этим идиотом. Разузнав больше о своём двойнике, мужчина не испытывал к нему ничего, кроме отвращения. Потому он принялся ёрничать.
Он схватил кисть Джудит, покоившуюся на столе, и театрально стиснул в ладонях.
— А разве нужно больше? — патетически воскликнул он. — Мне хватило одного взгляда на тебя, прекрасная незнакомка, чтобы воспылать необузданной страстью! Будь моей, и я положу небо и звёзды к твоим ногам!
Ведьма несколько раз неверяще моргнула.
— Боже, — проронила она и от всей души расхохоталась.
Искренняя улыбка преобразила её бледное лицо до неузнаваемости. Итан невольно залюбовался ей и заметил то, на что до того не обращал внимания: она была совсем другой. Они с Джуди имели одинаковую внешность, но разную суть.
Джуд была свободна во всём — в помыслах, в проявлениях чувств, и ничто не могло обуздать её пылкий нрав. Джудит будто запрещала себе не только улыбаться, но и вообще быть живой. Её макияж напоминал грим покойницы, а чёрная одежда — саркофаг, в котором покоилось её болезненно-хрупкое тело.
Стоило маске соскользнуть, на свет явилась робкая девушка, обречённая на выживание в невыносимых условиях. Южный Ковен недалеко ушёл от монастыря в строгости своих порядков, а Джадис была настоящим тираном.
Джадис…
Итана отрезвила эта мысль, и он пресёк сердобольные размышления:
Джудит — правая рука Аманды Макбрайд. Нельзя верить этой девушке. Ко всему прочему, она — ведьма, а ведьмы отлично умеют пускать пыль в глаза.
— Не знаю, кто ты, но ты нравишься мне больше, чем он, — тем временем сказала она.
«Хочешь поиграть? — подумал мужчина, — давай сыграем».
— Он? — в деланном изумлении переспросил Итан. — Твой омерзительный супруг, чьё кольцо ты носишь на цепочке? Ничего, дорогая. Мы сбежим от него и поселимся на необитаемом острове, где нас никто не найдёт, и будем питаться одними кокосами. Кстати… А на кокосовое молоко распространяется твоя непереносимость лактозы?
Джудит мгновенно подобралась и выдернула у него свою кисть.
— Откуда ты знаешь? — зашипела она.
— Так что это за кольцо? — надавил Итан.
— Я первая задала вопрос! — по-детски надув губы, возмутилась ведьма.
— Это — лишь предположение, — увильнул он, — потому что ты пьёшь кофе с соком. Не каждый додумается до такого извращения, но, пожалуй, я смогу это принять во имя нашей вселенской любви. А вот ревнивый муж, что станет навязчиво нас преследовать — серьёзная проблема.