— Что ты делаешь? — поинтересовался Итан, пронаблюдав этот ритуал.
— А на что это похоже? — вскинулась девушка.
Немного подумав, она перевернулась, села на постели и кивнула с таким видом, будто сделала самое важное в своей жизни открытие. Пальцы Джудит, всё ещё затянутые в перчатки, скользнули к пуговице его брюк. Мужчина перехватил её руку.
— Ты хочешь, чтобы я взяла в рот? — уточнила она.
— Я хочу, чтобы ты не вела себя, словно действительно собираешься отработать сотню, — сказал Итан. — Если что, я тебя ни к чему не принуждаю.
Ему показалось особенно важным озвучить это с девушкой, чей первый раз, как, вероятно, и большинство последующих, случился без её согласия. Это не вызывало сомнений. Джудит было всего семнадцать! Она была совсем ребёнком. Его Джуд в том возрасте была чиста и наивна, из-за чего Итан боялся даже смотреть в её сторону, чтобы ненароком не испортить.
А его «пресвятого» двойника это нисколько не смутило.
— Ладно… — неуверенно протянула Джудит и потянулась за поцелуем.
— Не-не-не, давай по порядку, — остановил её мужчина.
Она вновь окаменела, но теперь Итан не удивлялся этому, объяснив её реакцию неким механизмом самозащиты. Она стала походить на послушную куклу, глядя перед собой пустым, ничего не значащим взглядом.
Джудит безропотно позволила стащить с неё плащ, туфли и чулки, помогла ему справиться с маленькими пуговицами на платье и сама сняла цепочку с кольцом. Последним предметом одежды на её бледном теле остались перчатки. Чёрный атлас бликовал на свету, и казался не тканью, а мазутом, в который девушка опустила руки по локоть. Она заартачилась, стоило мужчине попытаться их снять.
— Не надо, — взмолилась она, сделавшись вконец перепуганной.
— Что там?
Проигнорировав вопрос, Джудит принялась расправляться с его одеждой.
Её упрямство сбивало с толку.
Итан вообразил, что под перчатками таится татуировка с символом, таким же, как у него, а эта девушка — и есть его жена, с чего-то взявшаяся выдавать себя за другую личность. И пусть у неё не было шрама от кесарева, он обязан был её разоблачить.
— Пожалуйста, — сипло попросил он.
Джудит мученически вздохнула. Она с явной неохотой стянула перчатки, явив не татуировку, а уродливые шрамы, покрывающие её пальцы, кисти и предплечья. Нетронутой оставалась только кожа на внутренней стороне рук и ладонях.
Мужчина сглотнул комок в горле: он примерно догадывался, как она их получила. Благодаря своей матери и её привычке превращать людей в снопы огня, он имел чёткое представление о том, как выглядит обожжённая магией плоть.
— Кто это сделал? — спросил он, заранее зная ответ.
— Он.
Он — отзывчивый, добрый, справедливый и какие там ещё эпитеты употребляла Лорна, когда пела дифирамбы своему сыну, упокоенному в чёрной шкатулке. Задыхаясь от злости, Итан подумал, что, вернувшись домой, спустит прах ублюдка в унитаз, где тому самое место.
Вот погребение, которого заслуживает урод, сотворивший такое!
С ней.
Мужчина перевёл глаза на Джудит: девушка сгорбилась, обхватив себя поперёк тела изуродованными руками, и мрачно смотрела перед собой. Гнев мгновенно отступил перед её трагической красотой.
— Эй, — окликнул Итан, и, не встретив и малейшего сопротивления, затащил её к себе на колени и крепко обнял. — Не бойся, я тебя не обижу.
Джудит несмело кивнула. Её взгляд был прикован к ожогам на руках.
— Они ужасные, да? — спросила она.
— Нет, — заверил её мужчина, — ты всё равно прекрасна.
Он поцеловал её благодарную улыбку, упиваясь давно забытым трепетом в своей груди.
За эти десять лет ни одна связь с женщиной не тянула на измену по-настоящему, ведь сводилась к механическим движениям тел и удовлетворению примитивных потребностей. Мыслями Итан всегда был далеко.
В этот раз он всё-таки предал Джуди: занимаясь любовью с другой так, как, наверное, никогда со своей пропавшей женой.
Часть первая
Глава девятая
«Один раз — случайность, два — уже закономерность» — подытожил Итан. А что на счёт трёх?
Он слишком долго смотрел на лампочку под потолком, и перед глазами запрыгали разноцветные пятна. Пусть отступать с намеченной траектории было поздно, он всё равно чувствовал себя донельзя глупо, слоняясь в коридоре мотеля с бутылкой вина. Но не с пустыми же руками наносить подобный визит? Мужчина рассудил, что в случае, если ему не хватит храбрости постучать в дверь, он хоть найдёт своему подношению «достойное» применение.