Что бы он сказал в нынешних обстоятельствах?
Итан попытался представить и воспроизвести интонации отца у себя в голове:
«Да отойдёт твой пиздюк! Не лезь к нему, лучше пока развлекайся со своей цыпочкой, хоть хер не заржавеет».
Скорее всего, что-нибудь в таком духе.
По привычке вытащив телефон, мужчина вовремя вспомнил, что всё равно не сможет набрать старому псу. Ни один оператор связи не позволял совершить звонок в другое измерение. И очень жаль!
Тогда Итан написал Джудит короткое сообщение, что сегодня к ней не приедет. Он не готов был встретиться с ней после того, что ему поведала Лорна, даже если всё это было враньё сплошь до последнего слова. Существовали и другие причины, по которым ему надлежало прекратить связь с этой девушкой.
Он уже готовился лечь, особо не рассчитывая, что сможет уснуть, когда Джудит позвонила сама. Остерегаясь, как бы их разговор не подслушал какой-нибудь любитель погреть уши, а конкретно незабвенная Лорна, мужчина заперся с телефоном в ванной и выкрутил краны на полную. Отгородившись от обитателей особняка закрытой дверью и шумом воды, он почувствовал себя куда увереннее.
— Что-то случилось? — они сказали это одновременно, и Итану невольно стало не по себе — не от вопроса, а от того, что их мысли оказались созвучны.
— Ой, — обронила Джудит, видимо, тоже сконфузившись из-за этой нелепой случайности, — извини, я просто…
«Не продолжай!» — взмолился мужчина про себя.
— Хотела узнать, почему ты не придёшь, — закончила она, — хотя, пожалуй, это не мое дело. Ты, по-хорошему, вообще не обязан приходить… и…
Она растягивала слова и говорила с длинными паузами. Поискав этому объяснение, Итан поразился постигшей его догадке.
— Ты пьяна? — спросил он.
— Ну… я ждала тебя, мне было скучно и я немного выпила… — с запинкой ответила она. — Знаю-знаю, меня за такое «выпрут из этой богадельни». Можно подумать, я горю желанием там быть! В гробу я этот Ковен видала, но только выбора у меня нет…
Ему надлежало растрогаться от её откровенности, но заместо этого он разозлился. Память услужливо подбросила нужный фрагмент рассказа Лорны:
«Ради того, чтобы стать их следующей Верховной, она пойдёт на что угодно».
Выбора у неё нет!
«Прекрати», — подумал он.
Мать этого и добивалась — хотела посеять сомнения в душе Итана, а он глупо повёлся. Наслушался Лорну и бросил Джудит одну, хотя мог быть сейчас рядом с ней. Но Лорна всё же кое в чём была права: Джудит нельзя доверять. Он не забыл, кому она служит, пусть и старался игнорировать это досадное обстоятельство.
— Джудит, ложись спать, — посоветовал мужчина, — распитие спиртного в одиночестве до добра не доведёт.
Поверь мне, я-то разбираюсь!
— Не хочу, — упёрлась она, — не хочу одна. Мне понравилось спать с тобой, не в смысле… Дьявол! Ну, ты понял…
Он не сдержал улыбки, мигом растаяв.
— Давай-давай, — настоял Итан, — снимай своё траурное платье, чисть зубы и в кровать. Будешь хорошей девочкой, я завтра привезу тебе алкозельцер.
— Ладно, папочка, — пьяно промурлыкала девушка. И хоть она, наверное, просто пыталась неумело пофлиртовать, ему в этих словах померещился намёк.
А ведь Джудит уже затрагивала эту тему, когда Итан раскритиковал её чулки, уместные в тёплой Луизиане, но не в капризном климате Новой Англии! В ответ она назвала его «занудным папашей» и спросила, есть ли у него дети, быть может, в Небраске. Он наивно решил, что вопрос имеет отношение к Мэнди.
Получается, нет.
Она прощупывала почву?
После предостережений Лорны нетрудно было поверить, что Джудит аккуратно выведывала про другого ребёнка, прятавшегося в особняке во время приёма.
— Подожди! — спохватился Итан.
— Да? — как ему показалось, голос Джудит прозвучал с надеждой. Но и это не остановило его от намерения докопаться до правды. Как минимум, мужчина не отказался бы услышать другую версию событий.
Не ради себя, а ради Эрвина.
Лорна волей-неволей напомнила Итану, что сын для него важнее всего.
— Почему Итан тебя ненавидел?
Джудит долго молчала, и он испугался, что она бросила трубку. Отняв телефон от уха, он убедился, что вызов всё ещё продолжается.
— Почему ты об этом спрашиваешь? — вместо ответа уточнила она так тихо, что мужчина едва смог разобрать слова за шумом воды из-под крана. — Сейчас.