Крепко держа Саймона за руку, я двинулась через портал, преодолевая сильное сопротивление сгустившегося воздуха. Сделав несколько рывков, медленно выдохнула и прислушалась к собственным ощущениям, настраиваясь на нужную частоту, отбросив на время мысли о Саймоне, о Совете – словом, обо всем, кроме мира, в который я пыталась проникнуть.
Что-то тянуло меня назад, и поняла, что дело в Саймоне. Его частота, застрявшая в Главном Мире, не давала ему двигаться дальше. Обернувшись, я увидела его напряженное лицо с крепко сжатыми челюстями. Чувствовалось, что сдаваться он не намерен.
Я снова стала пробиваться вперед, дюйм за дюймом, и в конце концов одна моя рука оказалась в параллельном мире, частота которого была неприятной, однако болезненных ощущений на доставляла.
Ступня, колено, локоть, плечо, голова – каждое движение требовало больших усилий. Наконец в пространстве перехода осталась только моя рука, сжимавшая руку Саймона. Упершись покрепче ногами, я потянула изо всех сил. Мне показалось, что сейчас у меня оторвется кисть. Мелькнула мысль, что мой замысел не сработал и я вот-вот потеряю Саймона. Может, даже уже потеряла, и он превратился в облачко субатомных структур, оказавшихся где-то между двумя мирами? Выругавшись сквозь зубы, я дернула еще раз в надежде, что страх придаст мне сил.
Саймон выскочил из портала, как пробка из бутылки, и мы оба повалились на гравий.
– Ты здесь, – пробормотала я, привстав. – Господи, ты здесь. Я уже думала…
– Значит, все сработало? – Он лихорадочно оглядел теперь уже совсем опустевшую стоянку. Мы находились у края одного из парковочных рядов, рядом с автоматом для оплаты. – Получилось! У нас получилось, Дэл!
От облегчения я едва не расплакалась. У нас действительно все получилось. Саймон мог Путешествовать, а значит, многое из того, чему меня учили, оказалось неправдой. Я снова легла на спину, не обращая внимания на болезненные ощущения, которые причиняли мне мелкие камешки, впивавшиеся в тело через одежду, и стала смотреть в небо, в котором звезды были сгруппированы в такие знакомые мне созвездия. Я думала о том, что мои представления о мире вдруг разом оказались перевернутыми с ног на голову.
Отдохнув немного, я прислушалась, стараясь обнаружить опасные диссонансы и разрывы, но отраженный мир казался совершенно безопасным. Как Совет мог так ошибаться?
Впрочем, у меня и раньше иногда возникали сомнения в его правоте. Я вспомнила, как Монти говорил о том, что при помощи умелой настройки можно стабилизировать целые миры. Значит, он вовсе не был неправ. Похоже, Совет говорил нам не все.
Саймон потянул меня за ногу.
– Дэл, ты в порядке? Ты говорила, что от неправильной частоты тебе может стать плохо.
– До того момента, когда частотное отравление может начать на нас сказываться, должно пройти несколько часов. Ты слышишь, что этот мир звучит по-другому?
Саймон покачал головой:
– Тут по-прежнему все здорово наэлектризовано. Где мы?
Ресторан «Депо» исчез. На его месте стояло похожее на обувную коробку здание из красного кирпича. Я увидела платформу со скамейками и предупредительными знаками.
– Похоже, рядом со станцией. Думаю, крушение поезда в этом мире тоже произошло, но здесь железнодорожную станцию не стали переносить в другое место. Впрочем, это только мое предположение.
Саймон с любопытством огляделся. Чувствовалось, что он с интересом впитывает каждую деталь того, что его окружало.
– Все выглядит таким реальным, – сказал он.
– Для людей, живущих в этом мире, это и есть реальность, – отозвалась я, думая о том, будет ли Саймон, как и другие Путешественники, невидим для обитателей отраженной реальности.
– А мой дом тут есть? Мы можем это проверить?
– Не самая лучшая идея. – Люди-эхо не должны были вступать в контакт со своими Оригиналами – этот принцип, скорее всего, действовал повсеместно. Нагрузка, которая при этом легла бы на нити последствий, могла оказаться слишком большой. – Нам следует…
– А моя мама там, как ты думаешь? – спросил Саймон, не дождавшись, пока я договорю, и, вскочив, зашагал куда-то с весьма уверенным видом.
– Подожди! – Я бросилась вслед за ним. – Ты не знаешь, что ты там обнаружишь. И вообще, торопиться в нашей ситуации – последнее дело.
Господи, я говорила те же самые слова, которые постоянно твердила Адди. Во всем нужны осторожность и здравый смысл. Сейчас, когда Саймон видел нечто такое, чего ему не приходилось видеть ни разу, и подвергался риску, оценить который не было никакой возможности, вся моя бесшабашность куда-то исчезла.