Я решила не реагировать на колкость сестры.
– Совет очень скоро нас вычислит. У нас мало времени, и нам нужна твоя помощь, Саймон.
– Насколько я понимаю, у вас есть какой-то план, – сказал он.
В отличие от всех остальных Саймон не сел на стул или на диван, а стоял у двери, словно собирался выпроводить членов моего семейства вон. В комнату вбежал Игги и, направившись ко мне, положил голову на мои колени.
– Какой-нибудь план есть всегда, – заметил Монти. – Только, вопреки ожиданиям, планы часто не срабатывают.
– Вам виднее, – раздался позади нас женский голос.
Мы разом обернулись и увидели мать Саймона. Она вошла в комнату, одетая в спортивные брюки и одну из старых футболок сына.
– Привет, Монтроуз, – поздоровалась она. – Думала, я больше никогда тебя не увижу.
– Привет, Амелия, – отозвался Монти. – Я не был уверен, обрадуешься ли ты мне.
Глава 50
– Какого черта? – изумилась я, и Элиот ткнул меня локтем в бок. – Вы что же, знакомы?
Монти опустил голову.
– И как давно? – задала я новый вопрос.
Амелия крепко взяла Саймона за руку. В уголках ее глаз была заметна краснота. Поначалу она широко улыбалась, но теперь улыбка ее несколько поблекла и стала натянутой. В комнате повисла напряженная тишина. Внезапно меня осенило.
– Семнадцать лет, – сказала я.
Теперь все повернули головы в мою сторону.
– Молодчина, девочка. Догадалась все-таки, – пробормотал Монти.
– Я не понимаю, – подал голос Саймон.
– Семнадцать лет. Именно столько времени прошло с момента исчезновения моей бабушки. – Я придвинулась поближе к Саймону, словно опасаясь, что он вскочит и убежит. – И такое же время назад твой отец ушел из семьи.
– Дэл, ты уверена? – тихо спросил Элиот.
– В чем уверена? – осведомился Саймон, чье терпение, судя по всему, подходило к концу.
– Твой отец Путешественник, – проговорила я, чувствуя, как с каждым произнесенным словом моя уверенность в справедливости догадки растет.
Саймон недоверчиво покачал головой:
– Мой отец нас просто бросил. Ушел – и дело с концом.
– Как и наша бабушка. Когда у тебя день рождения?
– Третьего января.
Я взглянула на Адди. Та пожала плечами:
– Наша бабушка исчезла девятого.
– Не совсем, – поправил Монти. – Я дал ей несколько дней, чтобы она могла как следует замести следы. Так что у нее была небольшая фора.
– Значит, я тоже Путешественник? – поинтересовался Саймон.
– Наполовину, – ответила Адди. – И наполовину – обычный человек. Может, поэтому у тебя такой сильный сигнал.
– И именно по этой причине ты сумел пробраться в параллельный мир вместе со мной, – добавила я. – Ты не можешь находить переходные порталы, потому что не унаследовал от своего отца слух. Но способность проходить через них у тебя есть.
Я видела, что Саймон очень нервничает, и не понимала, чего ему сейчас больше хочется – убежать или атаковать.
– Неужели ты не можешь просто попросить о помощи, как нормальный человек? Тебе обязательно нужно манипулировать людьми? Она лжет. Правда ведь, мам?
У Амелии задрожали губы. Она провела руками по плечам, словно пытаясь разгладить мятую футболку.
– Мама!
– Мы сделали все возможное, чтобы не оставить следов. Роуз приняла у меня роды прямо здесь, в доме. Мы никогда не упоминали имени твоего отца в документах. Мы с ним даже не были официально женаты. – Амелия потрогала золотое кольцо на пальце. – Он спрятался, как мог, чтобы не подвергать нас опасности, пока Совет не закончит расследование. Когда он не вернулся, мы решили, что это из соображений безопасности.
– Совет не одобряет отношения между Путешественниками и обычными людьми, поскольку они ослабляют нашу генетическую линию, – произнесла Адди. – Члены Совета очень внимательно изучают всех родившихся младенцев.
Монти насмешливо фыркнул.
– Если ты веришь в эту чушь, Аддисон, то я Наполеон. Такие младенцы, как Саймон, Совет не интересуют. Их берут на воспитание. А уж усыновить ребенка Свободного Путешественника Джила Брэдли – особая честь.
– Свободного Путешественника? – переспросил Элиот. – Но ведь Свободные Путешественники намерены уничтожить Главный Мир, или что-то в этом роде?
– Не похоже, – отозвался Монти. – Судя по всему, они хотят спасти отраженные миры и их обитателей. Стабилизировать ведь можно не только инверсии. Можно стабилизировать и настраивать целые отраженные миры – вместо того, чтобы их разделять и зачищать.
– Обитатели параллельных миров – не живые люди, – возразила Адди. – Так что ни к чему кого-то спасать.
– Кто тебя этому научил? Правильно, Совет. Который, между прочим, преследует свои цели. И ради их достижения он готов принести жителей отраженных миров в жертву. Совет лжет, утверждая, будто разделение и зачистка – единственный возможный путь.