И он шагнул за порог, прежде чем Адди успела произнести очередное «да, сэр».
– Ничего себе. – Я закрыла дверь на засов и направилась в кухню. – Почему Совет уделяет мне столько внимания? Я думала, они снова поручат контроль за мной Шоу – тем более что сейчас они заняты каким-то особым проектом, в котором участвуют папа с мамой.
Адди молча смотрела в свою чашку.
– Наш дедушка в молодости был очень сильным разделителем, – наконец промолвила она. – До того как пропала бабушка, многие полагали, что его выберут в Совет. Может, они думают, что сейчас оказывают ему помощь.
– Ничего себе помощь! – усмехнулась я. – Монти и Латтимер друг друга на дух не переносят.
– Да, это правда. Но в свое время дед действительно занимал очень сильные позиции. И маму с папой сейчас тоже очень ценят. Совет не может показывать, что у него есть любимчики, поэтому, возможно, хочет сделать все так, чтобы это не было очевидно… – Адди пожала плечами. – Однако Латтимер прав, что Монти оказывает на тебя плохое влияние. Общаясь с ним, ты ничему хорошему не научишься. Он теряет рассудок, Дэл.
– Разве что самую малость. Но дед способен сконцентрироваться, когда нужно.
– Меня беспокоит то, какие моменты он для этого выбирает.
Всю мою сознательную жизнь Монти внушал мне, что не следует успокаиваться на достигнутом, нужно добиваться максимально возможного для себя результата и избегать бездумного следования всевозможным инструкциям.
– Он учит нас, – сказала я. – Старается сделать так, чтобы мы всегда были способны найти дорогу домой – куда бы ни попали.
– Все это для него – вещи второстепенные, – возразила Адди. – Главное, чего он хочет, – найти и вернуть бабушку. В одиночку он не в состоянии этого сделать, поэтому пытается использовать нас. Монти обучает нас, чтобы мы смогли продолжить поиски, когда у него уже не будет на это сил.
– Ты думаешь, он знает, что его хотят отправить в дом престарелых?
– Монти знает гораздо больше, чем кажется со стороны. – Адди решительно отодвинула от себя чашку. – Пойду готовить доклад.
Когда сестра ушла, я написала сообщение Элиоту: «Ты вернулся? Сходим вечером в кино?»
Ответ пришел практически мгновенно: «Сейчас приду».
Учебники и пособия, из-за которых утром мы поссорились с сестрой, были разбросаны по кухонному столу. Я сложила их в аккуратную стопку. Мамин кабинет, тесная комнатка без окон, расположенная в стороне от общего холла, был, как обычно, заперт. Поэтому разложить по местам я смогла только журналы и дневники в кожаных обложках, составленные Роуз и Монти, а также другими моими родственниками, которых давно уже не было в живых.
В наше время большинство Путешественников предпочитает хранить свои дневники в компьютерах, однако мне почему-то было приятно смотреть на длинные ряды кожаных переплетов с инициалами автора на каждом из них.
Судя по тем дневникам Монти, какие мне доводилось читать, их автор, нарушая протоколы и инструкции, проявлял при этом завидную хитрость. В изложении событий он в основном полагался на инстинкты и интуицию, умело манипулируя вниманием читателя. Его стиль был непохож на тот, которому нас учили в школе – сухой, опирающийся только на факты. Поздние дневники Монти содержали главным образом рассказы о его бесцельных скитаниях в поисках Роуз и пререканиях с Советом. Бóльшую их часть я так и не удосужилась прочитать.
Дневники Роуз больше напоминали альбомы с вырезками. На их страницах было множество карт, рассказов о том, как бабушке удалось вылечить того или иного больного, списки ингредиентов домашних лечебных снадобий, а также – эта часть больше всего нравилась Монти – рецепты десертов и нотные записи сочиненных Роуз мелодий.
Будучи совсем маленькой, я читала эти журналы вслух родителям в надежде найти какой-то ключ к тому, где именно могла находиться бабушка после своего исчезновения. Мне казалось, что если удастся ее найти, Монти воспрянет духом, перестанет быть просто моим любимым дедушкой и снова превратится в того блестящего Путешественника, о странствиях которого по параллельным мирам рассказывалось в его дневниках. Я искренне надеялась, что все закончится хорошо, дедушка, вернув Роуз обратно, снова обретет счастье и покой, а я наконец познакомлюсь с реальной бабушкой, о которой мне столько рассказывали.
Конечно, я давно уже поняла, что это невозможно. Слишком много прошло времени. Единственное, что мы могли сделать, – не допустить, чтобы и сам Монти исчез где-то в параллельных мирах.
Я прошла в гостиную и, взяв мамин альт, в быстром темпе сыграла несколько мажорных арпеджио. Обычно это помогало мне преодолевать время от времени наваливавшиеся на меня приступы меланхолии.