Адди сидела на скамейке рядом с железнодорожной станцией и наблюдала за молодой парой, на которую я обратила внимание еще у прилавка с капустой. Молодые люди садились в красный обшарпанный грузовичок-пикап.
– Ну что, ты записала свои наблюдения? – спросила она.
Я молча протянула ей блокнот. Сестра быстро пролистала исписанные страницы.
– Прекрасно. Я сдам это, когда мы вернемся. Хорошая работа, Дэл.
Хотя настроение у меня было не из лучших, я заставила себя улыбнуться.
Мы побывали еще в трех параллельных мирах. К счастью, ни в одном из них не было столько разрывов, как в том, куда мы попали вначале. Саймона в них тоже не оказалось. На обратном пути Монти был спокоен. Что-то напевая себе под нос, он доставал из бумажного пакетика мармеладки и запихивал в рот. Головокружение у меня прошло, зато появилась головная боль. Ощущение было такое, словно мой череп стискивали чьи-то железные пальцы.
– Ну, еще одна остановка – и все, – сказала Адди.
– А может, все-таки поедим? – недовольно спросил Монти. – Я старый человек и проголодался.
– Перекусить не мешало бы, – поддержала я. – Сколько сейчас времени?
Сестра посмотрела на часы:
– Надо же, уже почти два!
– Я опоздала!
Сорвавшись с места, я бросилась к ближайшему порталу. Адди и Монти последовали за мной.
– Куда опоздала? – крикнула мне вслед сестра. – Дэл, подожди!
Сконцентрировав внимание на частоте Главного Мира, я преодолела переход и быстро зашагала в сторону библиотеки. Головная боль немного ослабла, но теперь я изнывала от мучительного беспокойства, опасаясь, что Саймон уйдет, не дождавшись меня.
Адди и Монти догнали меня на перекрестке.
– Я должна кое с кем встретиться, – пояснила я, нажимая пальцем кнопку, ускоряющую появление зеленого сигнала для пешеходов, но светофор не переключался. – Во всяком случае, была должна. Час назад.
– Это как-то связано со школой? С каких пор тебя интересуют школьные проекты, тем более в выходные?
– Я обещала напарнику встретиться с ним.
– А с каких пор ты придаешь значение своим обещаниям?
Добравшись до школы, я помчалась в библиотеку. Женщина за стойкой у входа, не успев среагировать на мое появление, ограничилась тем, что бросила на меня злобный взгляд. За застекленными дверями читального зала никого не было.
– Кто-нибудь сюда заходил? – спросила я у библиотекарши.
– За последние несколько минут – нет, – холодно ответила она.
– А до того?
– Я видела одного молодого человека – он заходил примерно с час назад. Но он давно ушел.
Я проверила свой телефон и едва не застонала от отчаяния. Сотовая связь в параллельных мирах не работала. Судя по сообщениям, которые прислал мне Саймон, он решил, что я специально его игнорирую.
Я на месте.
Ты где?
Ждуууууу.
Ты в порядке?
За что?
Время, проведенное в отраженных мирах, в Главном Мире не компенсируется. Нас учили, что это одна из жертв, на которую приходится идти Путешественникам. И я с радостью платила эту цену.
До сегодняшнего дня.
По пути домой я отправила Саймону целый ворох эсэмэсок с извинениями, но ответа не получила. От Элиота тоже ничего не было.
Все еще сердишься?
Это сообщение я послала Элиоту, свернувшись клубочком в старом шезлонге у себя в комнате. Ответа не последовало. Вероятно, Элиот был настолько занят настройкой своей карты, что просто не услышал сигнала о пришедшем сообщении. Или не хотел мне отвечать.
Прости меня, пожалуйста. Я по тебе скучаю.
Взяв скрипку, я попыталась сочинить какую-нибудь мелодию для школьного проекта, но у меня ничего не получилось. Звуки, лившиеся из-под смычка, были какими-то штампованными, неоригинальными – и, пожалуй, чересчур печальными. Наверное, мне мешало сосредоточиться то, что я не сводила глаз с экрана своего телефона.
Терпение никогда не было моей сильной стороной. Помучившись еще немного, я, затаив дыхание, набрала на клавиатуре номер.
– Эй, – сказала я, когда Элиот снял трубку, – ты получил мои сообщения?
– Ага.
По тону Элиота я поняла, что его обида еще не прошла.
– Прости меня. Я была очень расстроена.
– Знаю.
– Я расстроилась из-за того, что Саймон отшил меня, и сорвала зло на тебе.
– Я знаю.
– И еще я была взбешена тем, что Адди изображает черт знает кого, а я вынуждена терпеть это до того момента, пока не закончится срок моего отстранения. И за это я тоже отыгралась на тебе.
– Знаю, – в третий раз повторил Элиот, уже не пытаясь скрыть свое раздражение.