Вдруг Анэя открыла широко глаза и прикрыв ладошкой рот произнесла.
– Ты как вообще слил всего себя в банку, что даже магическая метка не виделась? Она вообще какого цвета? Ну-ка, покажи мне метку. Снимай рубаху!
– Эй, погоди, куда рукав тянешь? Люди же смотрят! Давай до дома хоть дойдем!
– А чего до дома то? – убрала она руку с его плеча и поджала губы. – Зеленая она. Хочешь поспорим? Выдохлись по ходу эти метки ваши. Я тебя, когда омолодила, видела вкрапления зеленого, а до этого их не было. Скорее всего тебе поставили пустой рисунок метки, а я ее обновила Силой. Это я тебя по-настоящему сделала Агилэ для деревни.
Заэр поглаживал бороду и водил по щетинке волос на голове. Он думал, что мэйс Леон Гэл по ходу вообще ничего не умел и просто важничал перед деревней от чувства собственной власти.
– Да уж, приплыли, господа рыбаки, – медленно проговорил Заэр. – А потом что, не заметила в банках зеленого?
– Так откуда ж мне знать то было, что это метка, а не твои омолодившиеся способности! – ответила девушка. – Пошли домой. Дел еще много. Думаю, вскоре Ваэлма навестят нас с Камэей сами.
– Пошли. Разденусь для тебя, чтобы ты смогла метку рассмотреть, – заговорщицки подмигнул Заэр, но как-то сразу скис, видя, что девушка шутку не оценила и посмотрела на него осуждающе.
– Прости меня, Аня, – он остановился и заглянул ей в глаза. – Прости меня. Я готов очень многое сделать для тебя, чтобы загладить вину. Только скажи.
Заэр выглядел, как побитый щенок, потерявший свой дом. Он ждал ее ответа.
– Заэр, – тяжело выдохнула она. – Я… послушай… я…
– Ань, говори, не жалей меня. Мне станет легче, если ты мне скажешь, что думаешь. Давай поговорим об этом. Я хочу что-нибудь сделать, чтобы тебе стало спокойнее со мной. Я тебе не враг.
– Ты сам попросил, если что, – неловко начала девушка.
– Сам, Ань. Сам. Я же говорю, пусть будет, как ты захочешь, – кивал Заэр.
– Тогда давай дома поговорим, если ты не против. Мы, итак, уже привлекли внимание.
– Конечно, – согласился мужчина.
Они неторопливо шли, хотя со стороны могло показаться, что Заэр торопился, но намеренно тормозил самого себя, ибо девушка рядом с ним шла весьма размеренно, молча погрузившись в свои мысли. Придя домой, они прошли на кухню, где мужчина начал заваривать коричневый чай, а девушка присела на скамью и наблюдала за движениями своего «неврага».
Она знала, что он ей не враг, что он просто был обманут. Он не мог знать, что, отдав свою свободную волю частичке Аграэса, которую тот поместил в блокирующую печать, отдаст и выбор решения, чем будет обижена Анэя и какая боль будет ей причинена.
Печать была похожа на своего создателя и сделала очевидный выбор. Насилие через обман и манипуляции болью – это те стороны жизни, которые Аграэс изучил в полной мере. Куда до него рыбаку из деревни, магия которого проявилась только через веру в скорую смерть? Это девушка действительно понимала кристально чисто.
Красно-оранжевую магию в Заэре пробудила его осмысленная жизнь на грани, когда он стал понимать, что каждый его день может быть последним. Это и дало ему толчок в развитии даже в таком возрасте. Аграэс жил тысячи лет в отличие от него. Аграэс был магом уровня «бог» и управлял целым миром. Нельзя сравнивать их опыт и способности.
– Послушай, Заэр. Когда я… кхм… во время той близости проникла в тебя, как и ты проник в меня, я нашла там твое чувство, которое уже набрало силу. Я ведь нравлюсь тебе… не как родственница, верно? И не как подруга. Ты употребил слово «не враг», вместо «друг». Не хочешь, чтобы мы были друзьями? – она вопросительно посмотрела ему в глаза.
Заэр поставил чайник с заваркой на стол и вздохнул.
– Нет, Ань. Сейчас я бы и этому радовался… быть другом. Но тогда, да, я хотел многого, хотя если учесть, что с нами было, странно, что во мне вообще родилось это чувство. Это как-то не от меня зависело. Любовь, она ведь не спрашивает… «В какое время к вам лучше заглянуть? Сегодня или на днях к чашечке чаю? А может к тетушкиному приезду на выходные?»